Читать онлайн «Перед вызовами времени. Циклы модернизации и кризисы в Аргентине». Страница 80

Стремясь адекватно реагировать на настроения широких масс населения, Э. Дуальде предпринял ряд шагов, направленных на некоторое смягчение вопиющей социальной несправедливости. В качестве демонстративной меры были ограничены максимумом в 3000 песо месячные оклады государственных чиновников. Кроме того, была изменена практика назначения так называемых «привилегированных пенсий» (pensiones de privilegio), которые получали около 10 тыс. бывших высокопоставленных служащих и обходившиеся казне ежегодно почти в 500 млн песо332. С этими пенсиями было связано немало поистине скандальных ситуаций, когда чиновник, прослужив всего несколько месяцев, уходил на пенсию задолго до достижения пенсионного возраста и получал огромное вознаграждение. В частности, министр юстиции в правительстве самого Э. Дуальде Хорхе Рейнальдо Ваносси в период военной диктатуры в начале 1970-х годов служил в министерстве внутренних дел, затем уволился и в возрасте 33 лет (!) начал получать «привилегированную пенсию». И таких историй было немало.

Разрядив атмосферу в отношениях с губернаторами и несколько ограничив привилегии чиновников, Э. Дуальде столкнулся с новой проблемой. Тысячи граждан, чьи банковские вклады оказались замороженными благодаря «corralito», обратились в суд и добились положительного для себя решения. В результате только за один день 19 апреля, ставший для властей «черной пятницей», аргентинцы на основании судебных постановлений «вынули» из банков около 200 млн дол., чем не на шутку испугали руководство министерства экономики, опасавшегося гиперинфляции и коллапса финансовой системы. X. Ремес Леников попытался в Национальном конгрессе «перекрыть кислород» вкладчикам и заблокировать возможность через суд размораживать банковские депозиты. Однако потерпел полный афронт: парламентарии, испытывавшие давление избирателей, отказались рассматривать законопроект, предполагавший, что банковские сбережения будут переведены в ценные бумаги. 23 апреля 2002 г. X. Ремес Леников подал в отставку, его примеру последовали министр производства и глава кабинета.

Э. Дуальде удалось в сжатые сроки преодолеть последствия правительственного кризиса. На ключевой пост министра экономики был назначен Роберто Лаванья – экономист гетеродоксального толка, «государственник», автор ряда теоретических работ, в том числе книги «Неоконсерватизм против конкурентоспособного капитализма», демонстрирующей глубокое знание проблем глобализма и основных аспектов политики Всемирного банка и МВФ333. На момент назначения Р. Лаванья был представителем Аргентины в Европейском союзе и Всемирной торговой организации. Комментируя личность нового министра, аргентинская и зарубежная печать в первую очередь отмечала его качества как «умелого и твердого переговорщика», имеющего опыт общения с международными чиновниками334. Думается, что именно эта характеристика была решающей в глазах Э. Дуальде. Аргентина нуждалась в нормализации фактически прерванных в разгар кризиса отношений с МВФ и другими многосторонними финансовыми учреждениями. В этом и состояла основная миссия Р. Лаваньи.

Знаковой тенденцией последних двух десятилетий развития Аргентины стал критический рост зависимости от состояния финансовых рынков, как внутренних, так и международных. Причина тому – изменение природы экономического роста, отрыв финансового сектора от реальной экономики, его гипертрофированное влияние на все стороны жизни аргентинского общества. Вследствие этого успех любых попыток стабилизировать хозяйственное, а следовательно, социально-политическое положение в значительной степени зависел от «поведения» местных и зарубежных финансовых кругов. Подчеркнем, что Аргентина благодаря неолиберальным реформам 1990-х гг. стала одной из самых глобализированных экономик Латинской Америки, заняв по этому показателю во всемирном рейтинге 34-е место (для сравнения: Чили – 37-е место, Мексика – 45-е, Бразилия – 53-е)335.

Сложные отношения сложились у Буэнос-Айреса с МВФ – ключевым игроком на мировых финансовых рынках, от решений которого зависят судьбы десятков государств [48] . Аргентина вступила в МВФ 20 сентября 1956 г. (через год после свержения Х.Д. Перона). С этого момента и до 2004 г. страна обращалась за помощью к Фонду 34 раза, но только в четырех случаях выполняла условия заключенных соглашений336. В 1990-е годы страну посетило около 50 специальных миссий МВФ, согласовавших четыре пакета экстренной финансовой помощи, в результате чего аргентинский долг Фонду к началу 2002 г. превысил 14,5 млрд дол. Как подчеркивал высокопоставленный член правительства Эдуардо Амадео, история весьма турбулентных взаимоотношений Аргентины и МВФ характеризовалась, с одной стороны, жесткими условиями, которые выдвигал Фонд, а с другой – их систематическим невыполнением аргентинскими властями. Но все это, утверждал Э. Амадео, было «детскими играми» по сравнению с тем накалом страстей, которого достигли отношения Буэнос-Айреса с МВФ в 2002–2003 гг.337

В настоящее время признается, что МВФ в своих рекомендациях Аргентине в 1990-е годы допустил ряд серьезных ошибок, помешавших своевременно исправить макроэкономическое положение и предотвратить финансовый и хозяйственный коллапс. Известна критическая оценка Фонда, данная нобелевским лауреатом по экономике Джозефом Стигли-цем в его книге «Глобализация и недовольство ею»338. А Пол Кругман сравнил рецепты, которые МВФ «выписывал» Аргентине, с методами лечения средневековых медиков: продолжать делать пациенту кровопускание, несмотря на очевидное ухудшение его состояния. И так до самой смерти339. Заслуживает внимания и мнение ответственного чиновника МВФ Майкла Муссы, подчеркнувшего: «… ошибки, совершенные Фондом в Аргентине, – это не изолированные промахи. В действительности они отражают недостатки общего характера и заслуживают внимательного диагноза и серьезных усилий по их исправлению»340.

Признание ошибок – явление конструктивное. Но этот факт мало чем облегчал положение Буэнос-Айреса, вынужденного вести диалог с МВФ. Крайне тяжелое финансовое положение Аргентины [49] , сложившееся в начале 2002 г., ставило перед кабинетом Э. Дуальде две взаимосвязанные задачи: «самортизировать» негативные последствия дефолта на международном уровне (главное – не допустить ареста за границей имущества и банковских счетов страны, как того требовали иностранные держатели аргентинских долговых обязательств) и добиться получения новых займов, прежде всего для того, чтобы выборочно осуществлять платежи по внешнему долгу, раскалывая таким образом единый фронт кредиторов. Реализация этой стратегии на 99 % зависела от договоренностей с МВФ. Первый удар по позициям Аргентины руководство Фонда нанесло уже в январе 2002 г., когда обусловило любую финансовую помощь принятием «последовательного экономического плана». Тем самым МВФ оставлял Буэнос-Айрес наедине с его проблемами и резервировал за собой возможность оказывать воздействие на формирование новой экономической политики. С этого момента начался мучительный период труднейших переговоров аргентинских властей с МВФ. Нет никакой возможности анализировать все перипетии этого переговорного процесса. Остановимся на главных, ключевых вопросах и этапах.