Читать онлайн «Деньги, банковский кредит и экономические циклы». Страница 98

Теоретические статьи, написанные Хайеком по результатам его первой научной поездки в США в 1920-х годах, были нацелены на анализ последствий политики стабилизации денежной единицы. Эту политику пропагандировали Фишер и другие монетаристы, и в то время ее влияние на экономическую систему считалось безвредным и даже весьма полезным. Изучив ситуацию в США, Хайек приходит к прямо противоположному выводу, который он изложил в широко известной статье «Межвременное равновесие цен и изменения в ценности денег» (“The System of Intertemporal Price Equilibrium and Movements in the Value of Money”), вышедшей в 1928 г.[422] Хайек показывает, что политика стабилизации покупательной способности денежной единицы несовместима с очевидной функцией денег, которая заключается в координации решений и поведения экономических агентов в различные моменты времени. Хайек поясняет, что если количество денег в обращении остается постоянным, то (для обеспечения межвременного равновесия в деятельности разных экономических агентов) повсеместный рост производительности экономической системы должен привести к снижению цен на потребительские товары и услуги, т. е. общий уровень цен. Таким образом, политика, мешающая росту производительности приводить к понижению цен на потребительские товары и услуги, неизбежно создает ожидания того, что этот уровень цен будет поддерживаться и в будущем. Эти ожидания неминуемо ведут к искусственному удлинению производственной структуры, т. е. к изменению, которое обречено поменять направление на противоположное в форме спада. Хотя в 1928 г. Хайеку еще только предстояло дать свои отточенные формулировки 1930-х годов, содержащиеся в произведениях, которые мы использовали в нашем анализе и которые упрощают понимание этого феномена, необходимо особо отметить, что в это время он приходит к следующему выводу: «…в противовес господствующей точке зрения следует предположить, что одним из главных источников экономических неурядиц со стороны денежного обращения является вовсе не недостаточная стабильность покупательной способности денег. Напротив, этим источником является характерная для всех товарных валют тенденция к стабилизации покупательной способности денег, даже в том случае, когда изменяется их количество, – тенденция, чуждая всем фундаментальным детерминантам экономической деятельности»[423].

Так что неудивительно, что во второй половине 1920-х годов при исследовании экспансионистской денежной политики США (которая, тем не менее, в условиях увеличения производительности не проявлялась в форме повышения цен) Ф. Хайек и другие ученые его школы были единственными, кто оказался способен не только правильно истолковать в значительной степени искусственный характер американского экспансионистского бума и сопутствующего ему феномена в форме казавшегося неограниченным роста индексов Нью-йоркской фондовой биржи, но и предсказать, в противовес общему мнению и ко всеобщему удивлению, наступление Великой депрессии 1929 г.[424] Поэтому вслед за Фрицем Махлупом мы можем заключить, что «создание новых фидуциарных средств для поддержания постоянного уровня цен, который в противном случае упал бы в ответ на технический прогресс, может оказывать описанное выше дестабилизирующее влияние на предложение денежного капитала и таким образом тоже вести к кризису. Несмотря на стабилизирующее влияние новых фидуциарных средств на уровень цен, их воплощение в форме денежного капитала может вызвать появление окольных производственных процессов, которые в долгосрочном периоде невозможно поддерживать продолжительное время»[425].

В прошлом считалось, что эти соображения не имеют особого практического значения, но сегодня, в условиях хронического роста общего уровня цен в западных экономиках, они снова обрели значимость и показывают, что если не предотвратить всякую кредитную экспансию, то в условиях взрывного роста производительности экономический кризис неминуем даже при политике денежной «стабильности», гарантируемой центральными банками. Таким образом, в недалеком будущем эти соображения могут вновь обрести важное практическое значение. В любом случае они важны для понимания многих экономических циклов прошлого (наиболее закономерным из которых была Великая депрессия 1929 г.), а также как приложение теоретических выводов нашего исследования[426].

Теперь мы легко сможем прийти к заключению о том, что когда банки инициируют кредитную экспансию, т. е. увеличивают денежную массу в форме новых кредитов, предоставляемых без поддержки новых добровольных сбережений, в экономике стихийно запускаются процессы, которые в конце концов приводят к кризису и спаду. Таким образом, если имеет место кредитная экспансия, то избежать экономических кризисов и спадов невозможно. Единственная возможная мера состоит в том, чтобы предотвратить эти процессы с самого начала, исключив политику кредитной экспансии, т. е. роста денежной массы в форме новых банковских кредитов. В заключительной главе этой книги содержится разъяснение институциональных изменений, которые необходимы для иммунизации современных экономик против регулярно переживаемых ими последовательных стадий подъема и спада. Эти институциональные реформы заключаются в восстановлении банковского дела, основанного на традиционных принципах права, которые управляют договором иррегулярной поклажи заменимых благ, и требуют непрерывного поддержания tantundem – или, иными словами, требование стопроцентного резервирования. Это единственный способ гарантировать то, что система не начнет самостоятельно никакой кредитной экспансии, не обеспеченной реальными сбережениями. Таким образом, предприниматели будут приступать к удлинению производственной структуры (исключая необычные обстоятельства) лишь когда смогут завершать и поддерживать свои проекты без систематических рассогласований между предпринимательскими решениями инвесторов и других экономических агентов относительно объема и соотношения их доходов в части потребления и сбережения.

Исходя из того, что в прошлом совершалась кредитная экспансия, мы знаем, что экономический кризис неминуем несмотря на любые попытки отсрочить его наступление посредством инъекций новых, все больших доз кредитной экспансии. В любом случае наступление кризиса и спад в конечном счете составляют начало восстановления. Иными словами, экономический спад представляет собой начало стадии восстановления, так как в этой фазе обнажаются совершенные ранее ошибки, ликвидируются ошибочно запущенные инвестиционные проекты, а рабочая сила и остальные производственные ресурсы начинают переливаться в те секторы и на те стадии, где они наиболее ценны для потребителей. Точно так же, как похмелье является реакцией здорового тела на алкоголь, экономический спад отмечает начало процесса восстановления, который столь же здоров и необходим, сколь и мучителен. В этот период производственная структура приводится в большее соответствие с истинными желаниями потребителей[427].