Читать онлайн «Деньги, банковский кредит и экономические циклы». Страница 273

591

Keynes, The General Theory, p. 329; Кейнс. Общая теория. С. 402. Такие авторы монетаристского направления, как Хоутри, Фридмен и Мельцер, в явном виде делали схожие признания.

Gottfried Haberler, “Mr. Keynes’ Theory of the ‘Multiplier’: A Methodological Criticism”, первоначально опубликовано в Zeitschrift für Nationalökonomie 7 (1936): 299–305, и перепечатано в качестве главы 23 сборника: Anthony Y. Koo, ed., Selected Essays of Gottfried Haberler (Cambridge, Mass.: The MIT Press, 1985), pp. 553–560, и в особенности pp. 558–559. Интересно отметить, что предшественником Кейнса в разработке концепции мультипликатора был монетарист Хоутри. См. об этом: Robert B. Dimand, “Hawtry and the Multiplier”, History of Political Economy 29, no. 3 (Autumn, 1997): 549–556.

Хайек написал три статьи, посвященные критике денежных теорий, изложенных Кейнсом в «Трактате о деньгах»: Reflections on The Pure Theory of Money of Mr. J. M. Keynes (1), Economica 11, no. 33 (August 1933): 270–295; A Rejoinder to Mr. Keynes, pp. 398–403; Reflections on The Pure Theory of Money of Mr. J. M. Keynes Continued (2), Economica 12, no. 35 (February 1932): 22–44. Эти статьи и ответы на них Кейнса собраны в: Friedrich A. Hayek: Critical Assessments, John Cunningham Wood and Ronald N. Woods, eds. (London: Routledge, 1991), pp. 1—86, а также вошли в 9-й том собрания сочинений Хайека: The Collected Works of F.A. Hayek, vol. 9: Contra Keynes and Cambridge: Essays, Correspondence (London: Routledge, 1995). В первых двух статьях (издание Wood and Woods, p. 7) Хайек приходит к тому выводу, что главная проблема Кейнса коренится в методологии и состоит в том, что макроэкономические агрегаты, которые лежат в основании его анализа, закрывают от него микроэкономические процессы, существенные для понимания изменений в структуре производства.

Важно напомнить, что Джон Мэйнард Кейнс сам явным образом и публично признался Хайеку в том, что он не располагает адекватной теорией капитала. По собственным словам Кейнса, «д-р Хайек упрекает меня в том, что я сам не предложил никакой удовлетворительной теории капитала и процента и не основывал свои выводы ни на какой из существующих теорий. Он имел в виду, насколько я понял, теорию накопления капитала в зависимости от нормы потребления и факторов, определяющих естественную норму процента. Это совершенно верно, и я согласен с доктором Хайеком в том, что разработка такой теории была весьма релевантной для моего исследования денежных проблем и, похоже, позволила бы осветить темные углы» (John Maynard Keynes, “The Pure Theory of Money: A Reply to Dr. Hayek,” Economica 11, no. 34 [November 1931]: 394; p. 56 in Wood and Woods, ed.).595

Мы не можем здесь провести исчерпывающий анализ других аспектов теоретической системы Кейнса, скажем, его концепции ставки процента как чисто денежного феномена, определяемого предложением денег и «предпочтением ликвидности». Тем не менее мы знаем, что предложение денег и спрос на них определяют их цену, или покупательную способность, а не процентную ставку, как полагал Кейнс, интересовавшийся только теми последствиями, которые кредитная экспансия имеет для кредитного рынка в ближайшей краткосрочной перспективе. (Кроме того, своей теорией предпочтения ликвидности Кейнс породил логический круг, характерный для функционального анализа экономистов-математиков. Действительно, вначале он предполагает, что процентная ставка определяется спросом на деньги (предпочтением ликвидности), а затем утверждает, что последний, в свою очередь, зависит от первой.) Другим существенным недостатком доктрины Кейнса является предположение, согласно которому экономические агенты вначале решают, сколько они будут потреблять, а затем, исходя из того количества денег, которое у них сбережено, определяют, какую часть они используют для увеличения денежных остатков, а какую будут инвестировать. Однако экономические агенты одновременно решают, как распределить деньги между этими тремя возможностями: потреблением, инвестициями и увеличением денежных остатков. Поэтому, если количество денег, тезаврированное каким-то экономическим агентом, растет, дополнительное количество денег [в экономике] может появиться одним из следующих способов: (а) средства, прежде использовавшиеся на потребление; (б) средства, прежде направляемые на инвестиции; (в) любая комбинация этих двух каналов. Очевидно, что в случае (а) ставка процента будет снижаться, в случае (б) она будет расти, а в случае (в) останется неизменной. Таким образом, между предпочтением ликвидности (спросом на деньги) и процентной ставкой нет никакой прямой зависимости. Увеличение спроса на деньги может никак не повлиять на процентную ставку, если соотношение между ценностью, придаваемой настоящим благам, и ценностью, придаваемой будущим благам, остается неизменным. См.: Rothbard, Man, Economy and State, p. 690. Перечень критических замечаний в отношении теории Кейнса, включая статьи разных авторов, анализирующих различные аспекты кейнсианской доктрины, см. в сборнике: Mark Skousen, ed. Dissent on Keynes: A Critical Appraisal of Keynesian Economics (New York and London: Praeger, 1992). См. также упоминавшиеся ранее главы 7–9 книги Р. Гаррисона (R. Garrison, Time and Money).

Hayek, The Pure Theory of Capital, pp. 409–410. Хайек делает следующий вывод: «Неудивительно, что мистер Кейнс нашел, что его воззрения были предвосхищены меркантилистскими авторами и одаренными любителями: увлечение поверхностью явлений всегда было признаком первой стадии научного подхода к нашему предмету. Однако нас охватывает тревога когда, после того как мы уже прошли через длительный этап развития науки и систематического познания тех сил, которые определяют цены и производство в долгосрочном периоде, мы видим, как нас призывают сдать их в утиль, чтобы заменить на краткосрочную философию бизнесмена, поднимаемую до статуса науки. Разве нам не говорят, что “поскольку в долгосрочном периоде все мы мертвы”, экономическая политика должна направляться исключительно краткосрочными соображениями? Я боюсь, что сторонники принципа “после нас хоть потоп”, могут получить то, на что они хотят променять настоящее, гораздо раньше, чем им хотелось бы» (p. 410).

Главное возражение Хайека против макроэкономики (как в ее кейнсианской, так и в монетаристской версии) состоит в том, что макроэкономика имеет дело с макроагрегатами, не принимая во внимание опасные микроэкономические эффекты кредитной экспансии, которые, как мы видели, ведут к растрате ресурсов и, в конечном счете, к кризису и безработице. Более того, поскольку кейнсианцы исходят из наличия избытка всех факторов (из-за незагруженных мощностей и незадействованных ресурсов), они имеют склонность игнорировать систему цен, функционирование которой они не считают необходимым. Таким образом, система цен изображается ими как некое неизвестно зачем существующее излишество. Если все определяется функциями макроэкономических агрегатов, то традиционная микроэкономическая теория, с ее процессом установления относительных цен, теорией капитала, процента и распределения, образующая становой хребет экономической науки, становится совершенно непонятной. К сожалению, как отметил Хайек, целое поколение экономистов выросло, не зная ничего, кроме кейнсианской (и монетаристской, добавим мы) макроэкономики («Я боюсь, что эта теория еще доставит нам множество неприятностей – она дала нам потерянное поколение экономистов, у которых больше ничего нет» – F. A. Hayek, “The Campaign against Keynesian inflation,” New Studies, p. 221). Хайек полагает, что Кейнс знал о том, что разработал слабую теоретическую конструкцию. Он вспоминает, что, когда они виделись в последний раз, незадолго до смерти Кейнса, Хайек спросил его, не тревожит ли его перспектива негодного использования его теории большинством его учеников: «Его ответ сводился к тому, что эти теории были очень нужны в 1930-х годах; но если эти теории когда-нибудь станут потенциально опасными, я могу быть уверен в том, что он, Кейнс, сумеет быстро изменить общественное мнение» (Hayek, “Personal Recollections of Keynes and Keynesian Revolution,” p. 287). Хайек пишет, что Кейнс умер через две недели после этого разговора, не получив ни одного шанса изменить ход вещей. Хайек критикует его за то, что тот дал название «общей теории» ошибочной теоретической системе, которая, по признанию самого ее создателя, должна пониматься как концепт, созданный ad hoc для специфических обстоятельств 1930-х годов. Сегодняшние, так называемые новые кейнсианцы (Стиглиц, Шапиро, Саммерс, Роумер и т. д.) фокусируются на анализе реальной и монетарной ригидности, которую они наблюдают на рынке. Однако и они до сих пор не понимают, что проявления ригидности и их главные последствия имеют место и оказывают свое отрицательное воздействие именно вследствие кредитной экспансии и государственного вмешательства. Они также не признают существования определенных стихийных рыночных сил, действующих на микроэкономическом уровне, которые в отсутствие государственного вмешательства ведут к изменению, координации и коррекции ошибочных инвестиций в ходе кризиса, спада и восстановления. О новых кейнсианцах см. также ниже (прим. 94).