Читать онлайн «Деньги, банковский кредит и экономические циклы». Страница 228

254

Мизес (Mises, The Theory of Money and Credit) предлагает следующее объяснение: «Поэтому требование, полученное в обмен на сумму денег, является для [вкладчика] равноценным вне зависимости от того, конвертирует он его раньше, позже или вообще никогда. Поэтому он имеет возможность без ущерба для своего экономического интереса приобретать такие требования в обмен на отказ от денег, не требуя компенсации за любую разницу, возникающую из-за несовпадения момента оплаты и погашения, каковой компенсации, естественно, никогда и не бывает» (p. 301. Курсив мой. – У. де С.).

Стивен Хорвиц утверждает, что присвоение банкирами денег вкладчиков начинается как «акт истинного предпринимательства, когда силой своего воображения отдельные банкиры распознают выгоды, которые могут быть достигнуты через финансовое посредничество». По причинам, указанным в тексте, мы считаем, что в этом утверждении кроется опасная ошибка. Более того, как мы увидим ниже, присвоение вкладов до востребования не имеет ни малейшего отношения к финансовому посредничеству: это не более чем неуклюжее создание новых депозитов из ничего. Что до якобы «похвального» акта проявления «предпринимательской инициативы», то, на наш взгляд, этот акт неотличим от «творческого предпринимательства», характерного для любого иного уголовного деяния, в котором сила воображения преступника приводит его к «предпринимательскому открытию», состоящему в том, что, обманув других людей или насильственно присвоив их собственность, он может извлечь выгоду. См.: Stephen Horwitz, Monetary Evolution, Free Banking, and Economic Order (Oxford and San Francisco: Westview Press, 1992), p. 117. См. также: Gerald P. O’Driscoll, “An Evolutionary Approach to Banking and Money,” in Hayek, Co-ordination and Evolution: His Legacy in Philosophy, Politics, Economics and the History of Ideas, Jack Birner and Rudy van Zijp, eds. (London: Routledge, 1994), ch. 6, p. 126–137. Наиболее острую и аргументированную критику идеи Хорвица дает Мюррей Ротбард: «Все люди подвержены искушению совершения кражи или мошенничества… Помимо подобного воровства, управляющий складом подвержен более коварной форме аналогичного соблазна – “временно” украсть или “позаимствовать” ценности, и, получив прибыль от спекуляции или иным путем, возвратить ценности прежде чем их затребуют, так что никто об этом не узнает. Эта форма кражи (или хищения) квалифицируется как растрата, которую словарь определяет как «мошенническое присвоение для собственного использования денег или собственности, вверенной его попечению» (Rothbard, The Mystery of Banking, p. 90). Более подробно о том, почему вышеописанные действия должны юридически определяться как преступный акт присвоения, см. главу 1.

Описание различных бухгалтерских систем (английской и континентальной) и то, как они в итоге вызывают одинаковые экономические результаты, найдено в кн.: F. A. Hayek, Monetary Theory and the Trade Cycle (Clifton, N. J.: Augustus M. Kelley, [1933] 1975), pp. 154 ff.

Деньги – это единственный актив, обладающий совершенной ликвидностью. Когда банк отказывается от поддержания коэффициента резервирования по вкладам до востребования на уровне 100 %, это порождает весьма серьезные экономические последствия: два разных лица (первоначальный вкладчик и заемщик) одновременно полагают, что они вольны пользоваться одной и той же совершенно ликвидной суммой в 900 000 д.е. Но ситуация, при которой разных два лица одновременно владеют одним и тем же благом с совершенной ликвидностью (одними и теми же деньгами), или ситуация, при которой такое благо одновременно находится в полном распоряжении двух разных лиц, логически невозможна. Таков фундаментальный экономико-теоретический довод, лежащий в основании вывода о юридической недопустимости контракта денежной иррегулярной поклажи с частичным резервированием. Это также проясняет тот факт, что когда такое «отклонение от юридической нормы» (по выражению Клементе де Диего) осуществляется государством (в форме «правовой привилегии», ius privilegium), это вызывает создание новых денег (900 тыс. д.е.).

«Фидуциарный» означает «основанный на доверии». Фидуциарная эмиссия – банкнотная эмиссия, не обеспеченная металлическим запасом эмиссионного банка (в первую очередь – золотом). Исторически эмиссия банкнот допускалась только при наличии золотого запаса, составлявшего определенную долю стоимости выпущенных банкнот, однако постепенно такой порядок эмиссии применялся все меньше. В настоящее время фидуциарная эмиссия банкнот является господствующей. – Прим. науч. ред.

«Если денежный резерв, поддерживаемый должником против выпускаемых в обращение заместителей денег, меньше, чем общая сумма таких заместителей, мы можем сумму заместителей, превышающую резерв, назвать инструментами, не имеющими покрытия» (Мизес. Человеческая деятельность. С. 405). Мизес разъясняет, что в целом невозможно узнать, являются или нет конкретные заместители денег инструментами, не имеющими покрытия (фидуциарными средствами). Выписывая чек, мы не знаем, какая часть суммы чека обеспечена физическими денежными единицами, так как банк не сообщает нам этого напрямую. В результате, с экономической точки зрения, нам неизвестно, какая часть уплачиваемых нами денег является фидуциарными средствами, а какой соответствуют физические денежные единицы.

Эта терминология широко распространилась благодаря классической работе Честера Артура Филлипса. Филлипс пишет: «…первичный депозит – это депозит, возникающий из внесения [в банк] денег или их эквивалента, а не из расширения кредита банком, о котором идет речь… производные депозиты ведут свое происхождение от кредитов, предоставляемых вкладчикам… они возникают непосредственно из кредитов или накапливаются заемщиком в ожидании выплаты займа» (Chester Arthur Phillips, Bank Credit: A Study of the Principles and Factors Underlying Advances Made by Banks to Borrowers [New York: Macmillan, [1920] 1931, pp. 34, 40]). Тем не менее у нас есть некоторое возражение против определения Филлипсом производных депозитов как депозитов, происходящих от кредитов. Хотя их источником являются, как правило, кредиты, производные депозиты создаются в тот самый момент, когда банк использует полученные вклады – для предоставления кредитов или для других целей, – превращая их ipso facto [в силу самого факта (лат.). – Науч. ред.] в фидуциарные средства, или в производные депозиты. По этому вопросу см.: Richard H. Timberlake, “A Reassessment of C. A. Phillips’s Theory of Bank Credit,” History of Political Economy 20, no. 2 (1988): 299–308.

Однако мы покажем, что банковская система с частичным резервированием сама по себе регулярно провоцирует аномальные (массовые) изъятия вкладов и при частичном коэффициенте резервирования не способна в каждый момент времени удовлетворить требования вкладчиков на подобные изъятия.