Читать онлайн «Деньги, банковский кредит и экономические циклы». Страница 158

И, наконец, в-третьих, при каждом увеличении общего запаса металлических денег (золота) в банках, который банкиры держат в качестве «разумного» резерва, свободная банковская система с частичным резервированием будет стимулировать увеличение эмиссии фидуциарных средств обращения, не соответствующее предшествующему росту спроса. Напомним, что мировой запас золота прирастает в среднем на 1–5 % в год[760] – вследствие роста мировой добычи золота. Уже одно это обстоятельство само по себе позволяет частным банкам эмитировать новые фидуциарные средства обращения с темпом от 1 до 5 % в год вне всякой связи со спросом на них (и такой способ создания новых денег означает кредитную экспансию с последующим экономическим спадом)[761].

Итак, масштабный (фидуциарный) инфляционный процесс[762] и наступление разрушительных экономических спадов[763] могут происходить в любой банковской системе, организованной на началах свободы банковской деятельности и частичного резервирования.

Теория «денежного равновесия» в доктрине свободной банковской деятельности основывается исключительно на макроэкономическом анализе

Необходимо отметить, что современные теоретики свободной банковской деятельности игнорируют микроэкономические последствия увеличения и уменьшения предложения фидуциарных средств обращения, инициируемых банковской системой. Иными словами, согласимся, в порядке дискуссии, с тем, что корень зла заключается, как полагают эти теоретики, в непредсказуемых колебаниях спроса на фидуциарные средства обращения; очевидно, что и в этом случае их предложение, создаваемое банками якобы для удовлетворения изменяющегося спроса, не достается немедленно именно тем агентам, которые изменили свои оценки ценности обладания новыми фидуциарными средствами обращения. Напротив, это предложение «втекает» на рынок в совершенно определенных точках и абсолютно определенным образом – в виде кредитов, предоставляемых по пониженной процентной ставке бизнесменам и инвесторам, которые вкладывают их в новые более капиталоемкие инвестиционные проекты, что искажает производственную структуру.

Таким образом, неудивительно, что современные теоретики свободной банковской деятельности игнорируют австрийскую теорию цикла – ведь эта теория не подходит к их способу анализировать эмиссию фидуциарных средств обращения в свободной банковской системе с частичным резервированием. Они вынуждены искать прибежища исключительно в макроэкономических построениях (монетаристских или кейнсианских, смотря по обстоятельствам). В лучшем случае их инструментарий ограничивается такими концепциями, как уравнение обмена или «общий уровень цен». Эти концепции способны только скрывать микроэкономические феномены, действительно важные для понимания (например, изменения относительных цен и процессы нарушения межвременной согласованности действий экономических агентов), которые возникают в экономике при кредитной экспансии и росте количества фидуциарных средств обращения.

В рамках нормального рыночного процесса изменения в предложении потребительских благ соответствуют – в тенденции – изменениям спроса на них. Новые товары достаются именно тем потребителям, субъективные оценки которыми этих товаров повысились. Однако, если принять во внимание вновь созданные фидуциарные средства обращения, ситуация меняется радикальным образом. Дополнительные объемы этих средств никогда немедленно и непосредственно не попадают в карманы экономических агентов, спрос которых на эти средства увеличился. Вместо этого мы имеем длительный и сложный, распределенный во времени процесс транзита этих средств. В ходе этой – транзитной – фазы дополнительный объем фидуциарных средств вначале попадает в руки множества других экономических агентов, искажая всю производственную структуру.

Когда банкиры создают новые фидуциарные средства, они не направляют их сразу тем экономическим агентам, которые хотели бы их иметь в наибольшей степени. Наоборот, банкиры предоставляют кредиты тем предпринимателям, которые, получив новые деньги, вкладывают их безотносительно к той пропорции, в которой конечные получатели этих средств распределили бы их между потреблением и сбережениями или инвестициями. Поэтому весьма вероятно, что часть дополнительных фидуциарных средств (предположительно эмитированная в ответ на увеличившийся спрос) может быть в конце концов потрачена на потребительские блага, подняв тем самым их относительные цены. Мы видели (см. главу 7), что, согласно Ф. Хайеку, «до тех пор пока какая-то часть дополнительного дохода созданного таким образом тратится на потребительские блага (т. е. если он сберегается не весь), цены на потребительские блага постоянно должны расти быстрее, чем растут цены на факторы производства. А это, как теперь стало понятным, не может продолжаться без последствий для относительных цен на все возможные виды факторов и способов производства, которые будут представляться прибыльными»[764]. Хайек проясняет свою позицию: «Наш анализ применим в тех случаях, когда при увеличении дохода в результате инвестиций часть дополнительного дохода, которая направляется на потребительские товары в течение какого-либо периода времени, больше, чем величина, на которую благодаря новым инвестициям вырос объем производства потребительских товаров за тот же период. И совершенно естественно ожидать, что в сбережения будет направлена лишь небольшая часть нового дохода [созданного кредитной экспансией. – У. де С.], безусловно, не равная объему новых инвестиций, поскольку это означало бы сбережение практически всего дохода, полученного за счет новых инвестиций»[765].

Для построения графической иллюстрации нашего аргумента предположим, что спрос на фидуциарные средства обращения повышается, а пропорция, с которой экономические агенты хотят потреблять и инвестировать, остается неизменной[766]. В этих условиях экономические агенты должны уменьшить денежный спрос на потребительские блага, продать облигации и другие финансовые активы и в особенности реинвестировать меньшее количество денег в различные стадии производственного процесса, пока не смогут накопить повышенные объемы банковских вкладов, которые они хотят держать. Вследствие этого, если предположить, что общественная норма временнóго предпочтения не изменилась, и если использовать упрощенную версию рисунка с треугольником, который мы использовали в главе 5, то мы увидим, что на рис. 8–1 увеличение спроса на фидуциарные средства обращения сдвигает гипотенузу треугольника влево. Этот сдвиг отражает падение денежного спроса на потребительские и инвестиционные товары, поскольку отношение одного к другому (или временнóе предпочтение) не менялось. На этом рисунке новый спрос экономических агентов на фидуциарные средства обращения (или спрос на их «тезаврацию») представлен площадью А (см. рис. 8–1).