Читать онлайн «Антикризисная книга Коммерсантъa». Страница 77

– Что будет в секторе нерудных материалов?

– Снижение спроса на гравий и щебень, добываемые в наших карьерах, пока не ощущается. Нет проблем и с нашими заводами, производящими бетон, сборный железобетон, асфальт и отгружающими продукцию сторонним покупателям. Производимые СУ-155 нерудные материалы могут быть направлены на строительство дорог, которое тоже ведется на бюджетные деньги.

– Большую часть олимпийских объектов тоже планируется построить за счет бюджета. Не собираетесь принять участие в сочинской стройке?

– Я не исключаю, что московским компаниям поручат построить олимпийские объекты. Насколько я знаю, МонАрх уже получил поручение по строительству большого ледового дворца, где будет открытие Игр.

– Построить микрорайон Московский в Цхинвали вас тоже попросили?

– Это бюджетный заказ: Москва выделила на строительство в Цхинвали 2 млрд руб. Нам мэрия дала команду – мы пошли.

– Два года назад столичные застройщики заявляли, что невозможно снизить цены из-за дорогих стройматериалов. С мая этого года цемент подешевел почти на треть. Что будет с ценами?

– При строительстве на долю цемента приходится 3–5 % затрат. Да, цемент подешевел на 30 %, но при этом себестоимость сократилась незначительно, всего на 1–1,5 %. Если в ближайшее время, допустим, на те же 30 % упадут цены на металлоконструкции, себестоимость снизится еще примерно на 5–7 %. Но есть более существенные расходы, которые пока не снижаются. Я говорю о подключении построенных домов ко всем инженерным сетям.

– Тем не менее продажи на первичном рынке практически прекратились, и девелоперы уже начинают задумываться о снижении цен.

– То, что цены на жилую недвижимость могут упасть до уровня 1990-х годов, миф. Если бы мне даже захотелось снизить цены, я не смог бы это сделать. Представьте себе: я продал вам в строящемся доме квартиру, условно говоря, за $100 тыс. Завтра в этом же доме я начинаю продавать квартиры уже за $50 тыс. Вы что делаете? Расторгаете со мной предыдущий договор и заключаете другой, уже по новой цене. А у меня нет денег, чтобы компенсировать вам оставшиеся $50 тыс. Все средства, которые я получил от соинвесторов, вложены в стройку. Пойти в банк и просить дорогой кредит тоже не могу, это во времена достаточной ликвидности потенциальные кредиторы выстраивались в очередь к застройщикам. Я с удивлением воспринял сообщение компании ЛЭК о снижении на 15 % стоимости квадрата в новостройках Петербурга. С одной стороны, я их понимаю: сейчас объемы продаж в новостройках снижаются. Но с другой – девелопер рискует завтра остаться без оборотных средств. Многие столичные компании проходили это в 1998 году, когда кризис подтолкнул к снижению цен. Кто из них выжил, можно пересчитать по пальцам. Очень сомнительно, что цены на московское жилье упадут до 30 %, как сейчас прогнозируют.

– Приведет ли кризис на финансовых рынках к консолидации строительной отрасли?

– Отсев обязательно произойдет. С рынка уйдут непрофессиональные девелоперы, которые инвестировали в строительство двух—трех объектов. На самом деле пресса демонизирует нынешний кризис. Представьте себе самый пессимистичный сценарий: неподготовленные люди, начитавшись газет и не разобравшись в ситуации, начнут доставать депозиты из банков. Мы уже преодолевали банковский кризис доверия в 2004 году, толчком к которому по большей части послужила паника. Приведу простой пример. Моя знакомая, живущая десять лет в США, спрашивает у нас: что происходит в России? Американские газеты пишут, что в стране уже начался дефолт. «Нет никакого дефолта. Это у вас финансовый и ипотечный кризис», – говорю я ей. «С чего вы это взяли?» – теперь она удивляется. Откройте любую российскую газету или включите телеканал: каждый день вы получите свою порцию информации о кризисе в нашей стране. В то время как американцы о своих проблемах практически ничего не знают.

– В отчетности компании за прошлый год говорилось о планах довести долю региональных проектов до 43 %. Это до сих пор актуально?

– В этом году мы должны построить около 1,5 млн кв. м, из них только 300 тыс. кв. м в регионах. До конца года в Петербурге мы построим около 100 тыс. кв. м, в будущем году – 250 тыс. кв. м. Увеличиваем объемы строительства в Нижнем Новгороде, Калуге, Туле. Это позволит нам в 2009 году довести наши объемы до 2 млн кв. м.

– Ваша компания три года подряд активно скупала производственные мощности в Москве и регионах. Будете покупать новые активы?

– Да мы и сами умеем строить заводы. Может, с точки зрения экономики создавать с нуля производственные мощности и невыгодно, но меня интересует сам процесс. Впрочем, если что-то появится на рынке интересное с точки зрения цены, будем покупать и действующие производства.

Михаил Дмитриевич Балакин родился 20 апреля 1961 года в Серпухове. Окончил Московский инженерно-строительный институт им. В. В. Куйбышева по специальности «инженер-строитель». После вуза прошел в тресте Мосфундаментстрой-1 путь от мастера до главного инженера. С 1993 по 2001 год – генеральный директор ЗАО СУ-155. В 2000–2005 годах – начальник оперативно-распорядительного управления реализации городских программ (Комплекс архитектуры, строительства и реконструкции Москвы), отвечал за строительство муниципальных объектов и реконструкцию ветхого жилого фонда. Под его руководством были возведены Дом музыки на Красных Холмах, новая сцена Большого театра, искусственный горнолыжный склон в Новопеределкине, библиотека МГУ. В январе 2005 года вернулся к оперативному управлению ГК СУ-155. Входит в «золотую сотню» Forbes-2008 (34-е место с состоянием $4 млрд). Увлекается горными лыжами, коллекционирует вина. Женат, воспитывает дочь.

Владимир Якунин, глава ОАО РЖД: «Либеральный капитализм в России заканчивается»

– Когда вы поняли, что будет финансовый кризис?

– Полтора года назад. Не придумываю. Я помню свой первый разговор с альтернативным американским экономистом, профессором Линдоном Ларошем. Он использует нетривиальные алгоритмы оценки экономического состояния и перспектив. И он сказал: «Владимир, я могу вам уверенно сказать, что экономический кризис уже имеет место». Он подчеркивал, что основанием для кризиса является превращение экономики, и прежде всего финансов, в виртуальную экономику и виртуальные финансы. Из всего денежного оборота, который сегодня в мире происходит, по его мнению, только до 15 % бумажных денег обеспечены реальными ценностями – промышленным производством, полезными ископаемыми и так далее. Мне кажется, сейчас мы наблюдаем как раз справедливость этой формулы. Летом я тему кризиса обсуждал и с другими экономистами, со своими друзьями в правительстве, поэтому сам кризис не стал неожиданным. Но я же не профессиональный финансист. Если кризис был виден и очевиден мне, то должен был быть виден и очевиден людям, которые занимаются управлением финансами.