Читать онлайн «Как погиб Запад. 50 лет экономической недальновидности и суровый выбор впереди». Страница 66

Эти пять групп сходятся и расходятся в зависимости от конкретного вопроса (между ними большие разногласия по поводу оценки китайского юаня, но все пятеро единодушно противятся намерению Европы снять тяньаньмэньские экспортные санкции, хотя и по разным причинам). Вот почему Америка, по всей видимости, занимает нерешительную позицию по Китаю, хотя должна бы проводить твердую, последовательную линию. Политика США в отношении Китая лишь отражает баланс сил между всеми политическими фракциями на внутренней арене, и в конечном итоге это работает против страны.

Помимо политических махинаций, перед Америкой стоит трудная задача: она должна привести в порядок свой дом. Капитал: Америка должна начать жить по средствам. То есть сократить потребление, финансируемое за счет долга, на уровне и правительства, и отдельных людей.

Труд: она должна снова вкладывать в народ — в трудовую силу высокого качества, народ, который построил Америку и нужен снова, чтобы опять поднять ее с колен. Технология: США должны вкладывать большие средства в новые технологии, чтобы увеличить производительность труда, и всерьез заняться защитой своих авторских прав. На все это требуются деньги — деньги, которых у США нет. Конечно, дело не только в деньгах, но и в разумных политических мерах — бюджетных, промышленных, законодательных, — которые снижают неуверенность, пробуждают веру в собственные силы и поощряют инвестиции.

Действительно ли Америка — банкрот? Другими словами, действительно ли США исчерпали все ресурсы, истощились, продали последнюю рубашку, разорились, обнищали, стоят с протянутой рукой и потерпели полный крах из-за того, что не смогли расплатиться с кредиторами? Эти вопросы задает профессор Бостонского университета Лоуренс Котликофф. Ответ словно ушат холодной воды. Котликофф полагает, что США на грани разорения, и, если они останутся открытыми для иностранных инвестиций, это поможет им отодвинуть банкротство и что для экономического будущего страны необходима радикальная реформа фискальных институтов.

Госдолг США как доля ВВП составлял 47% в 2007 году, но после финансового кризиса ожидается его взлет, и немалый. МВФ прогнозирует, что к 2019 году отношение госдолга к ВВП приблизится к 100%.

После финансового краха 2008 года политические дискуссии вращались вокруг его очевидных уроков — например, что нужно больше государственных органов, осуществляющих практическое регулирование. Но самый очевидный урок — это, пожалуй, необходимость обратить внимание на более производительные инвестиции (а не спекуляции с кредитами) и принять реальные, серьезные меры, которые исправят вред и нерациональное распределение ресурсов в форме капитала, труда и технологии. Для этого нужны знания, нужна дальновидность, нужен долгий путь — хватит ли Америке запала?

Крутые времена требуют крутых мер.

Само собой, у Америки есть один более агрессивный ответ, особенно если дело касается решения ее финансовых проблем; выбор, который совсем не по нутру американцам: стать гораздо более закрытой, протекционистской страной, даже ненадолго, хотя бы до тех пор, пока Америка не приведет в порядок свою экономику и не поднимет темп экономического роста.

Хотя политическое большинство с насмешкой встречает предложения об усилении протекционизма, последние тридцать лет говорят о том, что открытость США для глобализации принесла американцам не так уж много пользы.

Пожалуй, хотя глобальное неравенство доходов между развитыми и неразвитыми странами сократилось, неравенство доходов внутри США усугубилось. По данным исследования Чикагского университета, в то время как доходы 1% богатейших американцев увеличились втрое за последние тридцать лет, пока США были открыты, доходы 10% беднейших американцев выросли на какие-то жалкие 10%.

Больше того, за это же время произошло минимальное повышение уровня жизни (измеряемое как средний доход на человека). Во время открытости США между 1980 и 2001 годами средний рост ВВП составил 2,1%, то есть столько же, сколько и в период между 1950 и 1980 годами, когда США были относительно закрыты.

Эти данные, по крайней мере, позволяют предположить, что стоило бы повнимательнее присмотреться к возможным плюсам более протекционистской политики. Есть убедительные причины, почему американцы (как и другие ведущие экономики Запада) не получили больше выгод от глобализации, например, то, что экономические выгоды в последние десятилетия непропорционально накапливались у владельцев капитала, а не тех, кто предоставляет труд, и то, что американские домохозяйства чрезмерно вкладывали (как минимум, 30% средств) в жилищные активы, тем самым мало инвестируя в глобализацию, которая принесла заметные выгоды.[116]

Выбирая между двумя путями — остаться ли открытыми или закрыться от глобальной экономики, — политики должны думать о будущем (больше чем на двадцать лет вперед), потому что неотложные вопросы, которые приходится решать самым развитым экономикам мира, сегодня имеют именно долгосрочный и системный характер. Конечно, в свете сложившейся экономической обстановки важны и краткосрочные, тактические соображения. Но, к несчастью, как всегда, близорукость Запада, обусловленная политической необходимостью, мешает ему смотреть в далекое будущее.

Именно поэтому нужно срочно отделить экономическое мышление от ближайшей политической необходимости. Все обнулить и начать заново. В конце концов, «будущее не принадлежит малодушным, оно принадлежит храбрецам»…

Более радикальный вариант, говоря о протекционизме, — это дефолт США.[117] Открытый государственный дефолт США нельзя так просто сбрасывать со счетов. Звучит он как катастрофа: фондовые биржи рухнут, стоимость долга взлетит, доллар за секунду превратится в крашеные бумажки и, естественно, поднимется оглушительный международный рев. В ноябре 2009 года рынок деривативов уже ставил на то, что правительство США объявит дефолт по своим обязательствам, который казался все вероятнее. По данным Депозитарно-трастовой клиринговой компании, объем американских кредитных дефолтных свопов — деривативов, которые измеряют стоимость и страхуют от невыплаты по облигациям, — более чем удвоился с 4 миллиардов долларов в 2008 году до 10 миллиардов долларов в 2009 году. Но так ли уж плох дефолт для США?

Дефолты уже случались на Западе (в Исландии в 2008 году и Великобритании, хотя он и не назывался дефолтом, в 1976 году, когда она была вынуждена обратиться в МВФ за спасительным займом), но, конечно, не с таким эпическим размахом — ведь, в конце концов, это же США, вождь мировых экономик. Не то чтобы Америка должна была идти на дефолт ради дефолта, чтобы отделаться от всех своих обязательств. Плюс его в том, чтобы Америка начала с чистого листа, чтобы государство обнулило свою финансовую отчетность. Как произошло в Великобритания в 1976 году, такой дефолт мог бы дать США возможность произвести необходимую перестройку внутренней политики, особенно в области долга, а также пересмотреть стратегию «свой дом для всех» и добиться увеличения инвестиций в труд и технологию.