Читать онлайн «Ересь Хоруса: Омнибус. Том IV». Страница 184

Но приём, оказанный посланнику Марса на Мезоа, не мог отличаться сильнее от приёма на М’Пандексе. Прибыв в систему, Регул обнаружил, что она уже готовится к осаде и войне. Его варп-катер был остановлен на внешней границе системы и получил приказ не двигаться дальше под угрозой немедленного уничтожения. Мезоа, рождённая в яростных войнах Великого крестового похода, была не только огромным заводом, но и крепостью, а местные магосы отличались от своих сородичей яростной независимостью и пылкой преданностью идеалам Империума, чьему расширению они служили.

Вынужденный общаться лишь через примитивный двусторонний вокс-передатчик огромной мезоанской боевой сферы, а не напрямую с миром-кузницей, и при условии, что любая попытка других сообщений или запуск инфоджинна, да и любое другое воздействие на передатчик приведёт к немедленному уничтожению, Регул всё равно сделал своё предложение. В ответ пентархия архимандритов, по традиции правивших Мезоа, сообщила о грубом отказе Воителю и формальным отделением от власти Марса. Далее они назвали и Регула, и Келбор-Хала отступниками и богохульниками в глазах Омниссии и провозгласили, что если они или их подчинённые вновь появятся в Мезоа, то будут преданы смерти. Они закончили сообщение одним осуждающим словом. «Еретех».

Регул сбежал.

Блокада Мезоа началась вскоре после получения Регулом отказа. При прямом содействии боевых кораблей М’Пандекса, как построенных механикум, так и захваченных, и присвоенных себе, а также тайных сил, действующих под руководством Воителя, поставляющие минералы в Мезоа звёздные системы были отрезаны с целью оборвать поставки природных ресурсов. Теперь, по возможности, эти ресурсы отправлялись прямо в голодные кузницы М’Пандекса. Механикум Мезоа активно сопротивлялись там, где могли, хотя и упорно отказывались выступить в полную силу, считая подобные нападения наживкой в западне. Вместо этого они приказали своим аванпостам и отдельным подразделениям сопротивляться до уничтожения, и на далёких шахтёрских станциях, и на палубах тяжёлых транспортных кораблей воины двух миров кузниц, всегда бывших соперниками, но никогда — врагами, сошлись в смертельной схватке.

Пощаде не было места в укреплённых проводниками сердцах, и светские когорты М’Пандекса сходились в яростных схватках с бронированными центуриями таллаксов Мезоа, которые многократно превосходили противников по персональной мощи, хотя и уступали числом. Со стороны казалось, что между механикум началась гражданская война, не являющаяся частью большой игры, а очистительные станции на Йуйе и Скале Гуннара горели. На Новом Провидении тысячи бегущих от паровых станков рабочих, зажатых между линиями фронта, давили гусеницы танков «Криос» и бессмысленно выкашивал шквальный огонь сверкающих энергетических орудий. Обе стороны игнорировали сервов, так, словно те значили не больше, чем попавшие в ураган стебельки. Вызванное этим противостоянием смятение препятствовало вмешательству Армады Империалис, опасавшейся возможных последствий, пока не стало слишком поздно.

К концу 006.М31 система Мезоа была почти полностью отрезана от остального мира, а вражеские корабли кружили по внешним пределам, словно акулы в ожидании добычи. Мир-кузница стал бы ценным приобретением, но также он был слишком укреплён даже для группировки, по силе своей сопоставимой с полностью собранным экспедиционным флотом, но отрезанный от помощи и неспособный ни во что вмешаться он был полностью нейтрализован. Мезоа подождёт. Начинался следующий этап замысла Воителя.

Штаб флота в Порте-Пасти наконец-то начал составлять план по прорыву блокады Мезоа, чтобы противостоять надвигающейся нехватке высокотехнологичных снарядов и припасов для макропушек, когда сдавленный астропатический сигнал из системы Ласкал на краю Бездны Грааля принёс ужасные новости. Ранее из этого региона и граничащих звёзд уже поступали доклады об «умолкнувших» мирах. Однако для властей на Ласкале, Доминике Минор и Порте-Пасти Бездна была слишком далёкой, а её миры слишком незначительными для того, чтобы стать приоритетной целью и оправдать перенаправление части и без того ограниченного запаса кораблей теперь, когда волк уже был у дверей ближних и более стратегически важных систем.

И теперь подобная ограниченность видения привела к жутким последствиям. Без предупреждения огромный флот вырвался из Эмпирей на окраине системы Ласкал, и для его встречи и стягивания сил не было времени. Большая часть стратегической информации из последней передачи с Ласкала рассеялась в духовных помехах варпа, но оставшиеся образы и аллегории были достаточно ясными. Мрачные корабли, идущие один за другим, серые как надгробие и белые как кость, покрытые грязью, вмятинами, шрамами древних битв и недавних злодеяний. Вместе с ними были принесённые варпом образы мёртвой головы и чёрной солнечной вспышки, серпа жнеца. Легион Гвардии Смерти пришёл в скопление Циклопа.

Когда жуткий ультиматум Тёмного Согласия добрался до мрачного рыцарского мира Тёмная Гавань неподалёку от в целом безжизненного сердца скопления Циклопа, его принесла не уже известная грозная «Икона», а рубиновый галеас вольного торговца Хариды Ундины. Однако сообщение было тем же, и ответом дома Орлакков, тысячелетия владевших Тёмной Гаванью, стала встреча расфуфыренной десантной группы вольного торговца суровым огнём термальных пушек и волькитов рыцарей, а также огонь по галеасу защитных лазеров, скрытых под практически непроницаемым грибным пологом планеты. Лорд-сенешаль Тёмной Гавани сделал должный доклад об инциденте властям скопления, но услышал только банальное «помощи не ждите», а Мезоа, мир-кузня, с которым у дома Орлакков были далёкие связи, уже находилась в сжимающейся блокаде.

Имперские наблюдатели считали, что рыцарский дом, печально известный в регионе своим мстительным и скверным характером, несомненно, будет сопротивляться до последнего, но погибнет в случае сражения с любой из крупных находившихся поблизости группировок предателей, если вступит в бой в одиночку. Поэтому, когда в 4102007.М31 тишина стала ответом на запрос связи с «Хабира», крейсера «Лунного» типа, вышедшего с Доминики Минор в глубокое патрулирование, изначально было сочтено, что рыцарям выпала печальная судьба. Однако после разведки на месте выяснилось, что их мир не разорён войной, а просто заброшен. Дом Орлакк исчез, его залы опустели, а под сводами царила тишина. Лишь тьма под кронами странных и пугающих лесов Тёмной Гавани была немым свидетелем судьбы рыцарей.

«Ни в пустоте среди звёзд, ни в глубинах земных недр не найти тьмы мрачнее деяний человеческих»

Выдержка из запрещённого неотерранского вероучения.

Когда дальняя патрульная эскадра крейсеров Армады Ультима XVII «Солнечные Драконы» наконец-то пробилась сквозь волнения варпа, не позволявшие им отреагировать на сигнал тревоги с родной станции на Ласкале, то обнаружила сцену недавней резни. Боевой флот, стоявший на высокоорбитальном якоре Армады над пятым миром системы и включающий более ста эскортных судов, а также около сорока линейных кораблей, в том числе линкоры типа «Воздаяние» «Железный скипетр», «Озимандия» и «Укротитель звёзд», был уничтожен. Самые крупные из уничтоженных кораблей до сих пор истекали плазмой из пробитых реакторов, а из разорванных и безжизненных корпусов сочился замерзающий воздух. Дальнейшее сканирование выявило пугающе малое количество обломков предположительно вражеских кораблей, что означало сокрушительный внезапный удар. Далее было обнаружено, что станция, служившая флотской стоянкой, превратилась в новое поле обломков вокруг Ласкала V, а от центральных миров исходит призрачный фон орудийного излучения и сдавленное эхо сигналов бедствия.

Осторожно пробирающиеся через последствия бойни, всё ещё представлявшей опасность из-за неразорвавшихся снарядов, кружащихся обломков и затаившихся мин, Солнечные Драконы прочёсывали ауспиками опустошённую систему и держали орудия наготове, опасаясь засады, но её не было. Ласкал был не просто захвачен и порабощён: систему очистили от всего живого и бросили умирать. Единственный важный мир системы — Ласкал IV, ранее являвшийся процветающей имперской колонией с многомиллионным населением, теперь стал отравленным шаром, в атмосфере которого плыли ядовитые чёрно-зелёные облака — характерные следы масштабной биохимической бомбардировки.

Высаженные с крейсеров Солнечных Драконов десантные команды Соларной Ауксилии, полностью экипированные для действий во враждебной внешней среде, вернулись после осмотра дворца имперского губернатора и ряда ключевых оборонительных бункеров с побелевшими лицами и рассказывали истории об ужасе и смерти. Повсюду лежали тысячи мёртвых людей, погибших на месте от отравляющих веществ кожистонарывного и нервнопаралитического действия. В ряде вовремя герметизированных мест — таких, как дворец губернатора, — к уничтожению укрывшихся внутри людей приложили руку и сами их убийцы. Железобетонные стены были разбиты прямым орудийным огнём, люки безжалостно вырваны из петель силовыми кулаками, повсюду среди бойни валялись стреляные болтерные гильзы — всё указывало на участие Легионес Астартес. Дальнейшие свидетельства касательно совершивших это злодеяние были обнаружены в аудиториуме имперского командующего. Над поверженной аквилой и нанизанным на древко раздутым трупом человека, некогда правившего этим миром во имя Императора, висело рваное знамя с мёртвой головой и чёрной солнечной вспышкой легиона Мортариона.