Ралф по голосу и глазам друга почувствовал, что продолжать разговор сейчас действительно не стоит. Поэтому, когда Майкл скрылся за матовыми дверями сектора отчетного сканирования, он не последовал за другом, а, послушав совета, поспешил к своему терминалу.
Ирмгрид вышла из прозрачных дверей госпитального блока, щурясь от яркого солнышка. Но солнечный свет не помешал зоркому глазу снайпера заметить массивную фигуру, скрючившуюся на пластиковой скамейке перед ступенями подъезда.
— Ты тоже только что выписался или у нас теперь пост здесь организован? — окликнула товарища девушка.
Майкл вскочил, смутившись оттого, что Лилит застала его врасплох, и еще больше оттого, что из его лапы неуклюже торчали сорванные им у периметра базы цветы.
— Какие красивые! — ахнула девушка, заметив цветы и тем самым лишив Никсона возможности незаметно уронить их под лавку, как он вдруг надумал сделать. — Это что, мне?
— Я тут... это... — замычал Малыш, чувствуя, как неожиданно краснеет. — Да... Хотел поблагодарить тебя.
Он неуклюже протянул ей букетик, удивляясь тому, куда подевались все его прошлые навыки и наглость при общении с девушками. Ведь на гражданке он вовсе не отличался скромностью или стеснительностью и не видел ни сложностей, ни моральных затруднений в том, чтобы оперативно затащить понравившуюся девчонку к себе в койку.
— Красивые, — повторила Лилит, принимая цветы и рассматривая их. — За что поблагодарить?
— Ну как, — ответил Малыш, готовый уже просто убежать. — Ты вытащила меня... Я обязан тебе своей жизнью...
— Да, а ты спас меня до этого... Считаться будем? — улыбнулась она, теперь в упор рассматривая Майкла, как секунду назад цветы. — А Упырю, если бы он тебя вытащил, ты бы тоже букет принес?
— Нет, — замер Майкл, понимая, что она понимает...
— Ладно, — пожала плечами девушка. — Видимо, тебя ещё недолечили. Проблемы с речью. Расскажешь, когда будешь в состоянии. А за цветы спасибо. Очень красивые. И. знаешь... Мне уже черт знает сколько лет никто не дарил цветов.
— Так что же, этого ничего не было? — недоверчиво спросил Майкл, совершенно четко помня весь тот ужас в деревне и клятву, данную им погибшим аборигенам.
Друзья встретились в небольшом уютном баре, в котором рядовой состав мог скоротать свое свободное время, угостившись неплохим ассортиментом напитков и перекусив чего-нибудь вкусненького. Чаше всего сюда заходили выпить кружку-другую пива, сыграть партию в бильярд да пообщаться со своими товарищами. Но сегодня у Никсона было навязчивое желание напиться, тем более что ему дали три выходных дня после выписки из госпиталя.
— Все было, — невесело улыбнулся Ралф, подливая из квадратной бутылки в стакан друга очередную порцию довольно неплохого завозного виски. — Не было только твоего общения с отрезанными головами аборигенов. Вернее, ты-то говорил, но это было сольное выступление. Там все было в дыму от разных вплетенных в стены домов растений. Многие из них обладают весьма сильными наркотическими свойствами.
— То есть я попросту обкурился? — уточнил Никсон, доставая из лежащей на столе пачки сигарету и звонко щелкая безотказной армейской зажигалкой.
— Можно и так сказать, — пожал плечами Филби, делая небольшой глоток жесткого обжигающего напитка. — Хотя для бреда у тебя и без того было достаточно оснований. Мне даже рапорт пришлось писать по поводу моих над тобой экспериментов. Когда аналитики увидели видеоматериалы, полученные из твоей памяти в секторе отчетного сканирования, их едва кондрашка не хватил. Особенно эффектные кадры были, когда этот майор из «магнума» тебе точнехонько в лоб пулю засадил. Все же случай, когда ото лба человека пуля девятого калибра, выпущенная почти в упор, срикошетила, всего лишь сняв скальп, довольно неординарен. Оказалось, что кости твоего черепа сейчас по прочности не уступят медвежьим. Я о таком побочном эффекте, признаюсь честно, ни разу не задумывался. Я ведь черепом не занимался. Я вообще костной тканью в твоем организме занимался, чтобы она нагрузки выдерживала. Вот теперь малость стремаюсь. Кто его знает, как разведка на эти мои эксперименты среагирует.
— А я почему-то уверен, что они все давно знают, — успокоил друга Майкл, опрокидывая жгучий напиток себе в глотку. — Знают, но не считают нужным нас прижимать. Мы ведь не во вред это все делаем.
— Да брось ты, — махнул рукой Ралф, не забывая вновь плеснуть в стакан друга. — В армии все должно быть хоть и безобразно, но единообразно. А такие отклонения... Посмотрим, как далеко мой рапорт зайдет и как сильно меня потом нагнут.
— А в том бункере у нас тоже глюки были? — вспомнил Никсон жуткую морду навалившегося на него чужого.
— Нет. Там все именно так, как ты и помнишь. И это сенсация покруче твоего крепкого лба, братан, — встрепенулся Филби. — Это же контакт с инопланетным разумом. И контакт боевой. Так что, как сказали бы в каких-нибудь новостях, мир стоит на пороге неизвестности. Война миров не за горами. Кто победит... Только что-то я сильно сомневаюсь, что об этом контакте кто-то узнает за пределами нашей базы. Удивительно, что тебе мозги не промыли.
— А какой смысл? — удивился Майкл, затягиваясь сигаретой и пуская струю дыма к потолку. — Ты посмотри, сколько народа в это уже вляпалось. Наших не знаю сколько помимо нашей команды, а имперцев так вообще несколько рот. Это так просто вряд ли зачистишь. Тем более что такие двойные агенты, типа Лукина, то там, то тут.
— Ну на него-то как раз охоту уже объявили, — не согласился Ралф, отмахиваясь от клуба дыма. — Да и вообще на базе сейчас приготовления начались серьезные. Все силы собирают, как будто ждут настоящих боевых действий. А с кем их вести, как не с имперцами? Хотя я их и имперцами-то называть не стал бы. Аналитики уверены, что чужаки ввели им какой-то препарат, полностью подавив волю, а возможно, и сознание вообще. Вот ты не помнишь, а из твоей памяти выудили, что, когда ты там под землей своего товарища отбил, кажется рядового Моргана, им как раз занимался один из чужих, пытаясь что-то ввести. Еще несколько секунд — и он стал бы таким же, как рядовой Дункан, который вас едва не угробил.
— Черт, Ралф, откуда ты все это знаешь? — спросил Никсон, изумленно уставившись на своего друга.
— Пора бы тебе привыкнуть, Майки, что во всем, что касается получения и применения информации, я в этих армейских сетях как, рыба в воде. Отсюда такой доступ ко всему, что на гражданке мне и не снился. Я когда материалы с твоего отчетного сканирования смотрел, несколько раз едва штаны не обделал. Даже прерывался, чтобы малек передохнуть.
— А раз имперцы уже и не имперцы вовсе, то с кем собираются боевые действия вести? — спросил Майкл, по мнению которого для их базы зачистка подземного бункера, каким бы большим он ни оказался, являлась плевым делом.
— После вашего рейда этот неизвестный противник активировался. Уже пропали несколько команд, совершающие обычные разведывательные рейды. Вообще очень много людей пропало за эти дни. Имперские подразделения тоже оттянулись в тот квадрат, где вы были. Ну а самое главное в том, что и чужих начали замечать в разных местах. Разворошили вы осиное гнездо. Кстати все группы рассылают по разным направлениям искать шамана.
— Кого? — не понял Никсон.
— Шамана. Ты что, этот момент не помнишь? Тебе же перед расстрелом особист все рассказал, потому как думал, что с покойником говорит, — усмехнулся Филби. — Вот теперь все на ушах. Что там у этого шамана в пещере, что майор идет на открытое предательство, рассекречиваясь и подписывая себе в случае попадания в руки войск Федерации смертный приговор? Вот то-то и оно. Знает, наверное, твой майор Лукин что-то о том, что ищет. Потому и пошел на все это. Потому и деревню зачистил, выбивая из них данные. Только не дали они ему этой информации. Смерть страшную всей деревней приняли, а не дали. А может, и нет никакого шамана? Может, он не то спрашивал у аборигенов?
— Что не то? Он хотел узнать о чем-то, что случилось много лет назад, — вспомнил Майкл слова особиста за несколько минут до того, как тот выстрелил ему в голову. — Я, если честно, чем больше об этом думаю, тем больше мне кажется, что Лукину просто крышу снесло.
— Нет, брат, не снесло у него крышу, — уверенно ответил Филби, терпеливо разъясняя другу непонятные моменты. — Я и сам понять не мог. А тут случайно наткнулся на пересылаемые документы. Они так замаскированы были, что мне сразу захотелось их посмотреть. Я их открываю, а они не даются. Высочайший уровень доступа нужен. Ну я и уперся. Чуть у самого крыша не потекла. А бросить уже не могу. Знаешь, у меня так бывает — переклинит, и не бросишь, хоть с ума сойди.
— Так ты вскрыл? — не выдержал заинтригованный Никсон. — Я уверен, что ты вскрыл.