Читать онлайн «Экономика для "чайников"». Страница 122

Субсидирование исследования технологий, которые не могут быть запатентованы

Но даже в наши дни не каждая инновация может быть запатентована. Это происходит потому, что вы можете запатентовать только что-то вновь изобретенное, а не открытое из уже существующего в природе. Например, если вы придумали химический продукт, который ранее не существовал, и затем смогли его синтезировать, вы можете запатентовать его. Но если просто открыть готовый химический продукт, который, будучи неизвестным широкой публике, просто плавал где-нибудь в море или залегал в грунте, его вам запатентовать не удастся.

Это становится большой проблемой в определенных случаях, когда, к примеру, ученые проводят исследования с целью обнаружения способа лечения раковых заболеваний, поскольку многие потенциальные лекарственные препараты относятся к группе химикалий, получаемых из растений и животных, химикалий, которые долгие века существуют в природе. Эти химические препараты имеют огромную потенциальную пользу, но поскольку они не могут быть запатентованы, никто не располагает достаточно весомым финансовым стимулом стараться открыть их.

В результате государство и множество фондов, созданных на деньги филантропов- индивидуалов, вкладывают средства в те сферы науки, где проблема общественных товаров может ограничить исследования.

Подобное решение очень важно для экономиста, поскольку предоставление общественных благ относится к тем экономическим проблемам, которые рынки и "невидимая рука" решить не могут. Другой вид несостоятельности рынка — асимметричность информации — обладает достаточно хорошим набором решений (об этом рассказывается в разделе "Вторая жизнь хороших вещей: решение проблемы барахолок" ранее в этой главе).

Но до тех пор, пока общество не придумает удачную схему для предоставления общественных товаров, оно постоянно будет терпеть определенные лишения. Для такого вида общественных благ, как демонстрация фейерверков, это едва ли будет иметь значение. Но для внедрения технологических инноваций — к примеру, в области лечения раковых заболеваний — это в буквальном смысле вопрос жизни и смерти.

> Нет экономистов, которые трудились бы в полной изоляции

> Знакомство с выдающимися экономистами

этой небольшой главе я представлю вашему вниманию краткое описание идей, предложенных 12 самыми лучшими и влиятельными экономистами. (Десяти будет недостаточно.) Каждый из них сумел предложить свой радикальный подход к объяснению экономических законов или в корне преобразовал метод, которым политические деятели и государственные чиновники формировали экономическую и социальную политику.

Но не думайте, что эти люди сделали все сами. Как и во всех других науках, революционное открытие одного человека в экономике базируется на основе сотен разных трудов бесконечно большого числа исследователей.

Другими словами, общая армия экономистов насчитывает значительно больше десяти и даже двенадцати представленных в этой книге выдающихся специалистов. Если мне повезет, и эта книга пробудит у вас интерес к более детальному изучению экономики, то вы сами сможете узнать о выдающихся идеях многих великих экономистов, которые в этот список не попали.

Адам Смит (1723—1790) развил идею о том, что пока фирмы вынуждены действовать в условиях жесткой конкуренции, их стремление к получению собственной выгоды непреднамеренно заставляет их действовать теми способами, которые являются социально оптимальными, — как будто их правильными действиями руководит невидимая рука.

Но Смит не был наивным. Он был уверен, что если представится такая возможность, то бизнесмены предпочтут договариваться, а не конкурировать, и что государство играет очень важную экономическую роль в стимулировании здоровой конкуренции, необходимой для того, чтобы "невидимая рука" могла совершать свое волшебство. Он также был убежден, что государство должно предоставлять многие необходимые общественные блага, — к примеру, оборону Государства, которую нелегко обеспечить с помощью частных лиц.

Давид Рикардо (1772-1823) открыл сравнительные преимущества и справедливо доказал, что при международной торговле выигрывают обе стороны, между которыми осуществляются торговые операции. Сравнительное преимущество разрушило интеллектуальную респектабельность меркантилизма — ошибочной теории эпохи колониализма, которая представляла торговлю односторонней и, следовательно, доказывала, что торговля должна быть установлена для получения выгоды одной страны-матери за счет ее колоний[2].

К тому же, Рикардо правильно проанализировал экономический феномен уменьшения отдачи, который объясняет, почему при увеличении уровня производства затраты имеют тенденцию к увеличению. Он также был одним из первых радикальных сторонников количественной теории денег — идеи о том, что увеличение денежной массы приведет к увеличению цен.

Карл Маркс (1818-1883) был передовым экономистом своего времени. Ни одна из его основных экономических теорий в наши дни доверием не пользуется, но поскольку в XX веке сторонники марксистских идей пришли к власти в десятках стран, он, безусловно, является одним из самых влиятельных экономистов, когда-либо живущих на нашей Земле. (Марксу я отвел больше всего текста не потому, что он — самый важный экономист изо всех, перечисленных в этом списке, а потому, что мне нужно было объяснить его идеи перед тем, как их дискредитировать. Идеи других экономистов из данного списка уже были детально объяснены в других главах этой книги.)

Самый крупный по важности интеллектуальный вклад Маркса — это идея о том, что капитализм есть исторически уникальная форма социальной и производственной организации. В своей книге "Капитал" он анализирует капитализм как совершенно новую форму социальной и экономической организации, основанную на накоплении капитала и промышленного производства. Он называл владельцев заводов "капиталистами" и доказывал, что они были вынуждены эксплуатировать рабочих, которые работали на их производстве.

В частности, он был искренне убежден, что единственно капиталисты виноваты во всем, и их бизнес расширяется там, где рабочим платят меньше денег, необходимых для выживания. Таким образом, даже если производительность и продукт росли быстро, рабочие жили в условиях постоянной, невыносимой бедности, из которой нет иного способа выбраться, кроме как насильственным образом свергнуть капиталистов — таким образом рабочие могли получить контроль над заводами.