Читать онлайн «Берсеркер Скверны». Страница 61

Костоправ предложил Виктору завалить брата Томаса, как только они доберутся до инквизиторского тракта, но Виктор от этой идеи отказался. Во-первых, были все основания полагать, что с хорошо вооруженным всадником на рослом боевом быконе справиться будет непросто. А во-вторых, патруль непременно поднимет тревогу, если проводник-арбалетчик не вернется. Привлекать же к себе внимание раньше времени и прятаться в незнакомой местности от облав не входило в их планы. Все-таки они прибыли в орденские земли за другим – за картой поморов. Лекарь вынужден был согласиться с доводами Виктора.

Быконь брата Томаса шагал размеренно и быстро, так что ходоки на своих двоих едва поспевали за всадником. Чуть колыхалась длинная защитная попона в черных крестах. Позвякивал металл и постукивал пластик на доспехах рыцаря. Арбалет со спущенной тетивой из переплетенных капроновых нитей покачивался у седла, но рука в латной перчатке нет-нет, да и касалась рукояти меча.

Брат Томас оказался не очень разговорчивым собеседником, да и по-русски не понимал ни слова. Если он и отслужил свой срок в отдаленных миссиях Ордена, то располагались эти миссии не на территории бывшей России, а на каких-то других «варварских» землях.

Костоправ шел рядом и, не стесняясь, крыл по-черному и брата Томаса, и брата Себастьяна, и всю Инквизицию вместе взятую. Иногда крестоносец что-то отвечал лекарю. Впрочем, ответы, доносившиеся из-под глухого шлема, звучали редко и порой невпопад. Все они были краткими, односложными и непонятными.

Костоправ глумился над проводником как мог.

– Тупая, мля, твоя башка! – недовольно бухтел он.

– Йес, – невозмутимо звучало из-под шлема.

– Гребаный крестоносец!

– Я-я.

– Долбаная Инквизиция!

– Йес.

– Кретин в железном гандо…

– Я.

– У-у-у, злыдни, едрить вашу налево, крестики-нолики ходячие, чтоб вас…

– Йес.

– Слышь, ты совсем дурак?

– Я.

– Да, ты-ты, йохарный бабай!

– Йес.

– Мля!

– Я.

– Пи…

– Йес.

Во время диалога рыцарь вроде бы даже иногда кивал, словно соглашаясь со словами, которых не в силах был постичь. Наверное, надеялся, что так разговорчивый спутник от него быстрее отвяжется. Но Инквизитор плохо знал Костоправа: лекарь мог достать кого угодно.

В конце концов непрекращающийся бубнеж начал напрягать всех.

– Костоправ, да отстань ты от крестоносца! – не выдержал Виктор. – Все равно он ни бельмеса не понимает.

– Ну да, – флегматично заметил Василь. – Понимал бы – давно порубал бы всех нас в капусту.

– Ладно, хрен с тобой, чудило железное! – лекарь отошел в сторону. – Чтоб ты сдох!

– Я-я! – обрадовался окончанию беседы провожатый. – Йес-йес!

– Слушай, Золотой. – Костоправ, когда его переполняли эмоции, не умел молчать долго и быстро находил уши, по которым можно было ездить. – Как думаешь, что значит «я», а что значит «йес»?

– Я-то почем знаю? – удивился Виктор. – Наверное, что-то «да», а что-то «нет». А что есть что – это уж ты сам как-нибудь разбирайся.

– Да мне вообще-то пофиг, – признался Костоправ.

– А зачем тогда спрашиваешь?

– А хрен меня знает. Интересно просто.

Виктор, не удержавшись, улыбнулся. Такой уж он, Костоправ.

К обочине тракта вышли неожиданно. Вот только что был лес, и вдруг – хоп – дорога. Да какая! Широкая, ровная, пустынная, но при этом содержащаяся почти в идеальном порядке. Ни бугорка, ни ухабчика, ни кочки, ни колдобинки. Тележные колеи ровные, как по линеечке проложенные. Аж завидно стало. В Сибирском княжестве таких удобных трактов не было.

Проводник выезжать на дорогу не стал. Молча указал рукой нужное направление, повернул быконя и, не прощаясь, двинул обратно в лес.

– Долбодолб хренов! – не удержавшись, бросил ему вдогонку Костоправ. – Дебил!

– Я! – не оборачиваясь, бодро откликнулся всадник.

– Мать твою!

– Йес!

Рыцарь скрылся за зеленой стеной леса.

– М-да, гостеприимные ребята, – задумчиво произнес Василь. – Радушные, блин, такие.

– Инквизиторы… чего ты хочешь? – пожал плечами Виктор.

– Ладно, потопали, что ли? – Змейка первой ступила на орденский тракт. – Хватит тормозить уже. Гада Себастьяна искать надо.

* * *

Дорога была не близкой, однако до вербовочного лагеря они, как и предсказывал начальник Инквизиторского патруля, добрались без приключений. Ни одна котловая тварь так и не встретилась на пути. Впрочем, людей на тракте не оказалось тоже.

Впечатление было такое, будто по окрестностям прошелся мор. Или – что вернее всего – крестоносцы мобилизовали все население подвластных Ордену территорий для подготовки западного похода. Кто-то отправлялся в плавание за океан сам. Кто-то обслуживал тех, кто собирался отплыть, и готовил для них припасы и оружие. В таких условиях шляться по дорогам времени, конечно, ни у кого не будет. Да и не зря, наверное, Инквизитор с пластиковым щитом упомянул, что бродяг в этих землях не жалуют.

Вербовочный лагерь раскинулся в открытом поле на берегу небольшой речки, приткнувшись к холму, над которым возвышалась крепость. Неприступные стены, увешанные огромными штандартами с черными крестами, еще издали внушали уважение. Пожалуй, даже Сибирск-на-Оби не мог похвастать столь мощными укреплениями: Инквизиторы строили свои замки основательно и на века.

Впрочем, наемников из лагеря, похоже, в орденскую крепость не пускали. Им, судя по всему, даже к стенам не позволено было приближаться. Бесчисленные лагерные палатки, шатры, навесы и хлипкие, возведенные на скорую руку бараки из досок, целлофановой пленки и линялых шкур, расположились за крепостным рвом, причем на изрядном удалении от него. Рыцари Святой Инквизиции демонстративно дистанцировались от наемнического войска. К тому же не очень приятные мысли вызывали виселицы, стоявшие перед замком на самом видном месте. На некоторых из них висели люди…

– Баста! – хмуро произнес Костоправ. – Кажись, мля, дотопали!

Ему никто не ответил. Путники внимательно рассматривали крепость и пространство перед ней.

Наверное, если бы Виктор не видел раньше войско Удуг-хана, такое количество народа могло бы его поразить, однако по сравнению с силами Орды лагерь Инквизиторских наемников выглядел все-таки не столь впечатляюще. Да и походил он, скорее, на большую ярмарку, уставленную балаганами.

Всюду дымились костры и развевались разноцветные знамена, вокруг которых кучковались большие, не очень большие и совсем уж немногочисленные группы людей, шатры, палатки, быкони, повозки… Некое подобие порядка в расположении лагеря определенно имелось, но оно все же проявлялось не очень явственно.

Здесь было много простеньких обозных повозок и немало упряжных быконей, были легкие полевые бомбарды, однако ни одной автоповозки Виктор не заметил. Всадников тоже оказалось – раз-два и обчелся. Инквизиторы собирали под стенами своего замка пешее войско, и в этом, пожалуй, заключалось главное отличие вербовочного лагеря крестоносцев от ордынского становища.

Впрочем, Виктора больше интересовала крепость на холме. Возможно, где-то там, в этой неприступной цитадели, находятся Верховный Магистр и его посланник брат Себастьян. Но чтобы проникнуть в замок, сначала нужно было попасть в вербовочный лагерь.

Их остановил патруль из четырех человек. Предводительствовал четверкой воин в кирасе с жирным черным крестом на груди и в широкополом, похожем на шляпу железном шлеме. На плече кирасира балансировал длинный и тяжелый двуручный меч, который боец придерживал за огромную оплетенную проволокой рукоять. Чуть позади держались двое здоровяков с алебардами и стрелок с самопалом.

Заговорил мечник. Судя по вопросительным интонациям, он о чем-то спрашивал, однако понять, о чем идет речь, было трудно. Виктор уловил лишь несколько знакомых уже слов «ху», «ю», «вер» и «хер».

На этот раз Костоправ опередил остальных.

– Харе трепаться, короче! – поморщился лекарь. – Мы это… типа… рекнехт… ландскрут… расишь… рушен….

Исковеркав все, что можно, Костоправ сплюнул и раздраженно заключил:

– Русские мы, ясно, епть?

– Рекрут? Ландскнехт? Рашен? Русишь? – расставил все по своим местам мечник.

– Во-во, – радостно закивал Костоправ. – Это мы, мля, и есть.

– Летс гоу, мымля, – призывно махнул свободной рукой мечник.

– Чего он там мяукнул, Золотой? – угрожающе свел брови лекарь.

– Кажется, говорит, чтобы мы шли за ним, – осадил Костоправа Виктор. – Не тормози, топай давай.

Окружив вновь прибывших с четырех сторон, патрульные провели их на территорию лагеря.

Вербовочный лагерь Святой Инквизиции оказался не самым приятным местечком. Лица у здешних солдат больше напоминали разбойничьи морды, и что-то подсказывало Виктору, что в прошлом именно этим ремеслом многие рекруты и зарабатывали себе на жизнь. В голове невольно возникали стойкие ассоциации с воровским Шахтным городом.