Читать онлайн «Как сделать капитализм приемлемым для общества». Страница 68

Социал-демократия занимает гораздо более прочные позиции среди этих важнейших групп населения, чем ее соперники, но только если рассматривать ее в предлагаемом в этой книге смысле – как движение и набор идей, включающие участие в нем политических партий, но выходящие за их пределы. Я утверждал, что и партии, и профсоюзам необходимо – и они могут себе это позволить – отказаться от ментальности, основанной на сплоченности рядов и централизации, унаследованных из прошлого, когда им приходилось действовать в условиях враждебного общества. Маловероятно, что новые поколения, выросшие в условиях постиндустриального общества, когда-нибудь согласятся с необходимостью дисциплинированного политического поведения, которого требовали от своих членов традиционные партии. Современные партии должны смириться с более свободными разнообразными отношениями, а социал-демократам необходимо рассматривать свою политику не в узком, а в более общем смысле, как политические действия, осуществляемые в самых разных областях жизни. Это положительное движение расширяет возможности каждого из нас. Имеется еще одна причина для того, чтобы приветствовать более свободные, не требующие «вечной» верности отношения между партиями и их сторонниками: степень доверия политическим руководителям и лидерам других организаций будет такова, что они никогда не смогут предать нас. Это особенно справедливо для левых движений. Вспомним хотя бы знаменитое стихотворение Роберта Браунинга «Вождь-отступник» (1845), в котором он обращается к поэту Уильяму Водсворту. Эти строки не раз отдавались эхом в каждом последующем поколении:

Любое движение будет более устойчивым, если его сторонники относятся к своим лидерам со здоровым скептицизмом и постоянно отслеживают их действия, пока не убедятся, что могут полностью доверять им. Наилучший способ избежать крушения иллюзий заключается в том, чтобы не ставить лидеров на первое место. Для этого движению нельзя складывать все свои «яйца» в корзину результатов деятельности одного (или нескольких) руководителя. Благонамеренным лидерам надо с уважением воспринимать подобное отношение сторонников своего движения, осознавая его ценность; в обществах будущего такое отношение, вероятно, будет единственным, на которое они смогут рассчитывать. Поэтому современная социал-демократия должна положительно относиться к тому, что она превращается в центр требующего пристального внимания, непослушного, но созидательного и честного «семейства» кампаний и движений.

Эта книга не предназначена для использования в качестве «списка покупок», когда необходимо сделать выбор той или иной конкретной политики. В ней рассматривались направления общей политики социал-демократии. Данный подход играл особенно важную роль в тех случаях, когда мне нужно было подчеркнуть, что социал-демократия должна рассматривать будущие потребности гораздо более широко, чем организация, сосредоточенная на своем манифесте и предвыборной программе. В то же время партиям, организациям по проведению кампаний и заинтересованным лицам действительно требуются некоторые очень четкие указания относительно той или иной политики и предпринимаемых в ее рамках действий. Ниже мы рассматриваем примеры из различных областей и последствия осуществления политики, основанной на общей позиции; читатели могут попытаться применить схожую логику и к другим направлениям политики.

В наши дни почти все социал-демократические и даже социалистические партии отказались от идеи общественной собственности или государственной экономики, согласившись с тем, что большинство товаров и услуг будут производиться частными фирмами. Но и в этом случае остаются довольно широкие возможности для осуществления той или иной политики. Некоторые из рассматривавшихся нами в книге общих тем, посвященных возрождению социал-демократии (признание важнейшей роли рынка и необходимость быть готовым к его отрицательным экстерналиям; поиск созидательных возможностей многообразия; проведение различия между истинными рынками и теми, на которых доминируют корпорации), предлагают ряд руководящих принципов разработки конкретной политики. Во-первых, в связи с финансовым кризисом господствовавшая в 1990–2000-х годах идея о том, что англо-американская модель максимизации акционерной стоимости представляет собой наилучшую из возможных форм капитализма, нуждается в тщательном пересмотре. Особое внимание необходимо уделить одному из ее следствий, согласно которому краткосрочные оценки стоимости активов фондовыми рынками должны рассматриваться как важнейший показатель стоимости фирмы. Известно, что в недалеком прошлом использовались, и довольно успешно, и другие формы учета и корпоративные структуры, быстро и, как тогда казалось, временно отодвинутые в тень растущими рынками вторичных ценных бумаг и деривативов. Некоторые из этих альтернатив, такие как финансирование посредством заемного капитала и облигаций, равно как и различные формы мутуализма (взаимопомощи), в большей степени соответствуют условиям деятельности отраслей, испытывающих потребность в длительных исследованиях и разработках или организации пенсионного обеспечения. Использование этих форм является одним из способов, при помощи которых социал-демократия, как источник альтернатив внутри капитализма, способна поощрять многообразие, отвергаемое неолиберализмом. Схожим образом нуждается в защите пространство для малых и средних предприятий и многообразия, которое они вносят благодаря своим товарам и услугам. При осуществлении конкурентной политики необходимо придерживаться жесткой линии, ограничивая монопольную власть крупных корпораций; потенциально социал-демократы могут прийти к согласию по данному пункту с неолибералами первого рода.

Во-вторых, многие рынки нуждаются в регулировании. Позиция неолиберализма по этому вопросу остается двусмысленной. С одной стороны, важнейшие лозунги неолиберальной политики призывают к «дерегулированию», «дебюрократизации», к тому, чтобы «государство прекратило “ездить” на предприятиях». С другой стороны, регулятивное государство во многих случаях рассматривается как неолиберальная альтернатива социал-демократическому государственному контролю. Приватизация бывших государственных предприятий практически всегда влечет за собой необходимость учреждения регулятивного органа, так как в этих отраслях обычно сохраняются монополии или олигополии. В то же время цель неолиберального регулирования отличается от «обычного» регулирования, рассматриваемого в большинстве случаев как чистый бюрократизм, так как первое носит ограниченный характер с точки зрения попыток заставить фирмы вести себя так, как будто они функционируют на более совершенных рынках. Обычно это означает регулирование цен и различных аспектов обращения с потребителями. В данном случае мы имеем дело с полностью обоснованной отправной точкой, однако у нас есть возможность продвинуться еще дальше, рассматривая интересы потребителей более широко и принимая во внимание экстерналии. В некоторых случаях так и делается. Имеется в виду практика, когда, например, электросетевые компании сталкиваются с экологическими ограничениями в районах, где они занимаются строительством линий электропередачи, или когда энергетическим фирмам вменяется в обязанность консультирование потребителей относительно возможностей экономии электроэнергии (что противоречит интересам компаний, стремящихся к максимизации продаж). В целом область политики – это «место», в котором разворачиваются конфликты и заключаются компромиссы между нашими тремя формами неолиберализма. Чистые неолибералы первого рода будут выступать за регулирование, сосредоточенное исключительно на создании рынков. Неолибералы второго, социал-демократического, рода озабочены тем, чтобы в задании, выполнение которого будет поручено регуляторам, непременно упоминалось о важнейших внешних эффектах. Корпоративные неолибералы третьего рода будут «кормить и поить» регуляторов, а также использовать любые другие методы, обеспечивающие «легкость прикосновений» и закрытые в нужный момент глаза.