Читать онлайн «Атомный реванш. Вставай, страна огромная!». Страница 45

— Я знаю, о чём говорит ваш командир, — сказал генерал-лейтенант Рябушкин. — И знал ещё тех, кто строил эти спецкоммуникации под Кремлём.

— Сейчас детализирую участок схемы подземных коммуникаций и передам его на ваши встроенные маршрутизаторы. — Александр Пруцкий склонился над «планшетником», тыча пальцами в сенсорные кнопки. — Все, вперёд! Здесь рядом — колодец и выход наверх, почти что на Красную площадь!

— Разрешите первому мне, — попросил подрывник Михаил Белозёров. — Устрою гадам сюрприз!

— Добро.

Миша выскочил из люка, словно чёртик из табакерки. Сам вход в секретные подземные переходы был замаскирован под трансформаторную будку в переулке, буквально в двух шагах от площади. И вот оттуда появился подрывник, вооружённый по случаю реактивной штурмовой гранатой. Которую и разрядил прямо по трибуне с «дорогими гостями». Невиновных там не было — все «замазаны»!.. Огненная струя вымела «сверхчеловеков», превратив их в пар термобарическим зарядом. Лопнувший на Красной площади огненный пузырь в буквальном смысле «добавил масла в огонь» людской паники! А потом, широко размахнувшись, он бросил пару аэрозольно-дымовых гранат. Пополз молочно-белый туман, непроницаемый для прицельных лазеров и инфракрасных сканеров.

После того как внутренности генерал-консула Павла Власковитца живописно разметало по остаткам VIP-ложи, смятение и откровенный ужас охватили всех! Торжественные ряды марширующих смешались, на Красную площадь, прямо под гусеницы танков, хлынула обезумевшая толпа «особо приближённых» и «самых гламурных». Что ж, к гламуру добавилось немного декаданса в виде кишок, которые перемалывали стальные траки.

Казалось, сама древняя площадь протестовала против этого «псевдопарада», ведь не победители по ней шествовали, а предатели.

Сама святая Память тех, кто уходил отсюда 7 ноября 1941 года прямо на линию фронта, под стены Белокаменной, тех, кто бросал знамёна поверженных дивизий Третьего рейха 24 июня 1945 года, восстала против «звёздно-полосатых» оккупантов и их приспешников!

А в самой кутерьме били в упор по американским «экзоскелетникам» и прочим морпехам отважные русские спецназовцы. Бронекостюмы «Кикимора» были просто воплощением стремительного атакующего натиска! Снабжённые системой оптической маскировки и улучшенными псевдомускульными волокнами, экзоскелетные бронекостюмы, произведённые в Нижнем Тагиле, были лучшими из лучших. Сплав благородной ярости, жертвенной отваги и высоких технологий сейчас сделался «абсолютным оружием» Русских Патриотов!

Снайперы на крышах и полицейские силы, оцепившие Красную площадь, были не в силах совладать с паникой огромных людских масс. А стрелять наобум — значило устроить здесь Ходынку времён воцарения на престол Николая II Кровавого.

Стас Волков сменил очередную обойму в своём «ТТК-23» и вовсю расстреливал американских солдат, облачённых в неповоротливые армейские экзоскелеты. Те пытались отвечать огнём на огонь, но у них максимум было по обойме в оружии, а у некоторых — и вовсе только холостые боеприпасы. Американские завоеватели готовились к параду — но не к войне.

Остальные бойцы спецгруппы занимались примерно тем же, что и их командир. Кайтар Халилов лупил из своего «Корда», выкашивая ряды «голливудских мальчиков» в новеньком камуфляже. Поведя стволом тяжёлого пулемёта вверх, меткий казах влёт свалил пикирующий на них «беспилотник». «Предей-тор» кувыркнулся и рухнул комом пламени на своих же морских пехотинцев! Огонь, дым и раскалённый свинец заполняли воздух над Красной площадью! Но всё же семеро смелых вместе со своим «драгоценным» — в прямом смысле слова — спутником продвигались через Красную площадь к Спасской башне.

Осталось пройти уже совсем немного, когда гвардии старший лейтенант Стас Волков увидел на брусчатке Красной площади тёмно-красное полотнище с золотом букв, серпом и молотом.

Он сразу узнал его.

Знамя Победы. Реликвия, самый значимый символ Победы русского народа, многонационального Советского народа над нелюдским Новым мировым порядком Третьего рейха.

Таким же Новым мировым порядком, что насаждался сейчас американцами в поверженной, но не покорённой стране.

Глухо зарычав, Стас рванулся вперёд, на ходу перезаряжая тяжёлый тактический карабин. Обойма вошла в гнездо у приклада как раз в тот момент, когда один из морпехов США сомкнул пальцы кибернетизированного боевого экзоскелета на древке Красного знамени Победы.

Стас размахнулся и в невероятном прыжке влупил прикладом своего тяжёлого оружия прямо по забралу шлема американского «сверхчеловека»!

Невероятной силы удар расколол поляризованное забрало, а заодно и череп «янкеса», посягнувшего на главную святыню русского воинства.

Дед Стаса Волкова проливал кровь на той войне, отец сражался с моджахедами в Афганистане. Воинские традиции были главной семейной ценностью и для молодого офицера, решившего связать свою судьбу со спецназом Воздушно-десантных войск. И кровь его сейчас кипела от негодования и ярости. Перехватив тяжёлый карабин, Стас Волков выстрелил по американцу в упор! Сверхмощный шрапнельный снаряд калибра двадцать три миллиметра разорвал титаново-кевларовый американский экзоскелет и превратил грудную клетку «звёздно-полосатого» оккупанта в кровавое месиво. Стас подхватил знамя и рванулся к своим боевым товарищам. И в этот самый момент по нему ударила пулемётная очередь! Стрелял заходящий в атаку беспилотный самолёт «Предейтор», под крыльями у него были подвешены контейнеры с крупнокалиберными пулемётами «кольт-браунинг». Безжалостные огненные трассы, выпущенные бесчеловечным «компьютерным мозгом» беспилотного ударного самолёта со звёздами и полосами на крыльях, вспороли воздух. Вокруг русского спецназовца взвихрились фонтаны попаданий. Искры рико-шетов рассыпались по бронепластинам «Кикиморы», а суммарная кинетическая энергия пуль сбила Стаса

Волкова с ног. Даже броня «Кикиморы» не выдержала таких мощных ударов. В нескольких местах броне-пластины оказались пробиты, и даже кластеры «жидкой брони» не смогли сдержать этот натиск. Древко Знамени Победы выпало из ослабевших рук…

Стаса Волкова отшвырнуло, но, даже упав, он попытался подползти к распластанному на брусчатке Знамени Победы…

— Уходите! Я прикрою!

— Командир!

— Уходите!!! Выполняйте приказ!

Медицинская система «Кикиморы» позаботилась о человеке: эластичные манжеты перехватили жгутами раны, а портативные инъекторы насытили его кровь противошоковыми и стимулирующими препаратами.

— Командир, нет!

— Отходите! Спасайте Знамя Победы!!! — Гвардии старший лейтенант ВДВ Стас Волков всё же дотянулся до красного полотнища и передал его в руки гвардии полковника Сергея Перча. — Это приказ.

Они оба являлись офицерами Русской армии. Сергей Перч был верен традициям и присяге ещё Советской Армии, а Стас Волков перенял эти традиции от своего отца — офицера спецназа, воевавшего в Афганистане. Для них это знамя было не просто куском материи, но — святым символом Великой Победы. Победы, ради которой миллионы советских людей пожертвовали своими жизнями. Символы не возникают сами по себе — смыслом своих поступков их наполняют люди.

— Есть! — Сергей Перч принял знамя из рук молодого командира.

Светозащитное поляризованное забрало кибернетизированного шлема скрыло эмоции, запечатлённые на лице заслуженного боевого офицера. Горечь и боль были на его лице.

— Уходим! — внезапно охрипшим голосом сказал Сергей Иванович Перч. — Приказ командира!

На площадь влетел вдруг ревущий двухколёсный железный конь. Восседавший на нём снайпер Вадим Александров исполнил сальто назад и в прыжке разрядил обойму своего «ГШ-18» по бензобаку. В итоге мотобайк превратился в мощную бомбу, обломками и ударной волной выкосив американских солдат. Приземлившись, снайпер перехватил свою сверхмощную винтовку и открыл огонь навскидку, с рук. Чудовищные 23-миллиметровые снаряды размётывали врага.

Стас Волков добавил и свою лепту в дело истребления захватчиков. Его тяжёлый тактический карабин был изуродован: в него попало несколько крупнокалиберных пуль. Однако командир группы спецназа выхватил два пистолета-пулемёта «ПП-2000» и начал стрельбу «по-македонски» — с двух рук! «Спарки» длинных, сорокапятипатронных, магазинов и мощные бронебойные пули в сочетании с коллиматорны-ми прицелами обеспечили высокую плотность и точность огня.

Стас сумел подняться на одно колено и продолжал стрелять. Он понимал, что это его последний бой. И потому он экономил патроны, вкладывая каждую из ста восьмидесяти пуль в цель. Нажатие на спусковой крючок, и короткая очередь в три патрона дырявит грудную клетку американскому рейнджеру с автоматическим карабином «М-4». Ещё одна очередь распарывает бедро полицейскому спецназовцу с дробовиком. Тот падает, словно подрубленное дерево: рана смертельная, кровь — не остановить.