Читать онлайн «Космические волки: Омнибус». Страница 388

Оставаясь где-то в Клыке, Аларик Бегущий-в-ночи хранил молчание на протяжении девятнадцати дней. За это время успели вернуться ещё три великие роты, ведомые Браном Красной Пастью, Гуннаром Красной Луной и Свеном Кровавым Воем, нагруженные захваченными трофеями. Наконец, явились посланники племен, и Ульрик безмолвно провел их в крепость — мудрецов и военачальников, предсказателей и клановых патриархов. Был брошен клич Космическим Волкам, призыв собраться в Большом зале и услышать саги Великой охоты.

Первым, кто занял место, отведенное для сказителей, оказался Аларик Бегущий-в-ночи. За тем, как проходит пир, наблюдал сам Ульрик Убийца, ведь Волкам нельзя было позволить окончательно сорваться с цепи. В Большом зале находились пять великих рот, и лился водопадами фенрисийский эль, ферментированный растительный концентрат, смертельный для обычного человека. Напиток был настолько крепок, что пьянил даже космодесантников с их усиленной способностью к фильтрации ядов. Именно поэтому волчий жрец оставался настороже, готовый вмешаться и не позволить хвастовству или спорам перерасти в кровопролитную схватку между боевыми братьями. Ульрик стоял в черном доспехе с череполиким шлемом, храня молчание, пока приветственные крики и застольные песни Космических Волков обвивали его броню, словно порывы морского бриза.

Аларик Бегущий-в-ночи вышел к огромному камину, встреченный громогласными одобрительными возгласами и аплодисментами. Посланники тоже захлопали, и среди них волчий жрец узнал Первое Копье племени Медведей, мускулистого воина, вооруженного зубом кракена на длинном древке, и человека в капюшоне, пришедшего от племени Звездочетов. Также своих представителей направили Инеевые Чорвы, Неутомимые Ходоки и Люди Пылающего Моря. Не все кланы ответили на зов Ульрика, но многие, и, какую бы сагу не собирался рассказать Аларик, вскоре её разнесут по всему Фенрису.

Повелитель Безмолвно Воющих с минуту выслушивал приветствия, после чего жестом попросил тишины. Шум приутих настолько, что Волчий лорд мог безбоязненно начинать речь.

— Я не принес с собой трофея, — объявил Аларик, и боевые братья закричали в смятении. — Но это не значит, что я опозорил Великую охоту, вовсе нет! У меня есть для вас история, и, будьте уверены, в ней достаточно поводов залить себе в глотки ещё больше даров Фенриса.

— Охота привела нас в пограничье Вурдалачьих Звезд, где сама пустота мутнеет, словно глаза мертвеца. «Canis Pax» был моим скакуном, а братья мои затачивали клинки для грядущей погони. В той области бродят хищники варпа и призраки сгинувших ксеноимперий, и там всегда найдется достойная добыча! Ньяль Призывающий Бурю, который, бросая руны, выбирает места Великой охоты для всех великих рот, стоял тогда рядом со мной, с несравненным довольством глядя в больную бездну. Он прозревал всех врагов, что почти молили обрушиться на них с болтером и клинком. Я же держал наготове копье и громовой молот, готовый снять с плеч достойнейшую голову!

Братья из великой роты Аларика весело заорали и загромыхали по пиршественному столу. Остальные Космические Волки принялись толкать Безмолвно Воющих и насмехаться над ними, но не смогли заглушить радостных криков.

— И судьба не разочаровала нас! Но нашли мы не какого-нибудь пустотного призрака или фантома. Нет, сама добыча отыскала Волков. Кто из вас не встречался на поле боя с проклятыми тиранидами? С тенью, павшей на звезды, с Великим Пожирателем? У всех нас есть причины ненавидеть этих поганых чужаков, а уж я точно выпотрошил и обезглавил тысячу их тварей-воинов. Но прежде и мне не доводилось встречаться с таким.

— За «Canis Pax» погнался громадный корабль-улей. Это чудовищное живое создание напоминало одного из китов, обитающих в глубоких океанах Фенриса, но было так велико, что могло целиком проглотить наш ударный крейсер! А ведь именно это враг и собирался сделать, не зря он преследовал нас много лиг в пустоте.

— Корабль-улей выпустил споры, и они обрушились на корпус «Canis Pax». Я направил братьев своей роты наперерез вторгшимся неприятелем, и на борту крейсера разгорелась яростная битва! Воины мои бились по локоть в темном ихоре, их гневные боевые кличи перемежались ревом цепных клинков, прогрызающих хитиновую броню. О, сколько бы я мог поведать об их героических деяниях в сражении, длившемся целые часы! Снова и снова тираниды пытались ворваться на мостик и в двигательный отсек, и каждый раз Безмолвно Воющие оттесняли их. Они шли в контратаки на плацдармы чужаков, где сама пустота втекала на палубы.

— Сотни ксеносов были убиты. Мелкие создания бросались на нас волна за волной, а существа-воины, что служат офицерами и элитными солдатами этой расы, направляли их вперед. Вожаки стай моей великой роты находили крупных тварей, бились с ними и уничтожали. Покинув мостик, ваш лорд шагнул в сражение бок о бок с Призывающим Бурю! Рунический жрец воззвал к мировому волку, прося разинуть пасть, и так вышвырнул в бездну два десятка врагов! Он приказал молнии обрушиться на тиранидов, и целый выводок чужаков зажарился в собственном хитине, когда небесный огонь подчинился руническому жрецу! Когда же твари помчались на меня и Ньяля, я сражал по одной с каждым выпадом копья, проламывал череп или крушил ребра с каждым взмахом громового молота. Так началась наша Великая охота, и было это славно!

— Но этого могло не хватить, братья, ведь сам корабль-улей приближался к нам. Если бы мы не уничтожили его, он пожрал бы «Canis Pax». Даже если бы мы оторвались от великана, в его брюхе оставался миллион тварей-воинов, которые могли долететь до нас в спорах. И, пусть братство сражалось яростно, чужаки сумели повалить и сразить нескольких Волков. Провойте имена Агмундюра Железного Когтя, Кари Проворного и Хрольфюра Медвежьей Шкуры! Ибо, прежде чем сгинуть, сокрушили они немало чужаков.

Великая рота Аларика издала длинный вой на высокой ноте, поминая павших, и другие Космические Волки уже не перебивали соседей. Схватив стоявший рядом кувшин пенящегося эля, Бегущий-в-ночи разом выпил его до дна, и, увидев это, Безмолвно Воющие поступили так же.

— Тогда в битве наступила передышка, — продолжил Волчий лорд, — и я обратился к Призывающему Бурю, говоря: «В одиночку нам не уничтожить корабль-улей. Нашим торпедам не пробить его шкуру, и само присутствие врага не позволяет «Canis Pax» прыгнуть в варп. Тогда Ньяль ответил мне: «Неужели это речи Аларика Бегущего-в-ночи, Волчьего лорда, более всего знаменитого ловким умом, для которого на поле боя нет неразрешимых загадок? Используй это хитроумие, мой господин, и в мудрости своей реши, как погубить врага!» Так сказал Ньяль Призывающий Бурю, и слова рунического жреца весьма меня пристыдили, поскольку в них была правда.

— Представьте, братья мои, бездну, опоганенную присутствием Вурдалачьих Звезд. Затем корабль-улей, что преследует «Canis Pax», изрыгая с каждым мгновением всё больше абордажных спор. И вот, в темнейший час, является герой! Ударный «Грозовой волк» вылетает с пусковых палуб крейсера, и украшен он личной символикой Волчьего лорда, Аларика Бегущего-в-ночи! Можете ли вы вообразить это, братья?

— Затем открывается люк, и сам Волчий лорд поднимается на корпус штурмового корабля. Белый пар струится с лицевой пластины его шлема. В руке он держит копье, которым сразил инеевого чорва с ледника Йормун. Космодесантник высоко вздымает оружие, и, хоть никто не может услышать его крик в пустоте, ругает корабль-улей последними словами, требуя сражения один на один! Копье против мощи, рожденной в бездне!

Теперь Безмолвно Воющие уже хохотали и улюлюкали в перерывах между глотками фенрисийского эля. Они ритмично колотили по столам, и этот почти барабанный бой сотрясал полы Большого зала. Аларик иллюстрировал рассказ, держа копье над головой и замахиваясь им на воображаемого гигантского тиранида.

— Корабль-улей всё ближе. Он распахивает пасть, словно в ухмылке, так широко, что может проглотить «Canis Pax». Глубоко в его зеве таятся целые колонии чужацкой нечисти, десятки тысяч ксеносов громоздятся в пещере огромного рта, и ещё многие тысячи ползают между зубов, подъедая остатки последнего обеда. «Грозовой волк» подлетает ближе, Волчий лорд отводит руку для удара… и пропадает!

Смех прекратился. В Большом зале внезапно наступила тишина, все космодесантники представляли, как огромная тварь смыкает челюсти на штурмовом корабле, заглатывая его вместе с Волчьим лордом.

Бегущий-в-ночи поддерживал напряжение и растягивал молчание, насколько хватало решимости.

— А потом… БАБАХ!

Взревев, Безмолвно Воющие подняли кувшины, расплескивая эль на пол и стены.

— Слава Ньялю Призывающему Бурю! — провозгласил Аларик, перекрывая шум. — Величайшему чудотворцу из рождавшихся на Фенрисе! Ибо он создал иллюзию «Грозового волка», и, на корпусе корабля — меня, размахивающего копьем, будто в намерении загарпунить великого кита бездны! А в обманку эту был завернут вкуснейший кусочек: циклонная торпеда с боеголовкой глубинной детонации, какими «Canis Pax» прогрызает борта добычи. Шкура корабля-улья была слишком крепка и не пропустила бы носитель, но, как только тварь заглотнула добычу, я отдал приказ о подрыве!