Читать онлайн «Последний довод павших, или Лепестки жёлтой хризантемы на воде». Страница 97

«Давай! Сейчас! Ну, же!».

Один из пилотов не уследил за расходом топлива, либо неправильно выставил вентиль давления воздуха, и облегчённая торпеда неожиданно вынырнула из воды под мгновенно среагировавшие «фаланксы».

С мостика «Эссекса» контр-адмирал Винерс не заметил саму торпеду, но проследив за упругими жгутами, ударившими в поверхность воды, увидел вдруг вспышку и вставший из воды косматый грязно-серый столб воды. Минутой позже его ноги «уехали» куда-то в сторону — взрыв полутора тонн взрывчатки прогремели в корме «Эссекса». Для сорокатонного «графства» не особая встряска, но всех, кто имел неосторожность, при сохранении равновесия, уповать лишь на две конечности, повалило на пол. Лично для Винерса неудобство просто падением не ограничилось — посыпались вповалку, друг на друга, все в основном быстро вскочили и лишь адмирал, шипя ругательства, извиваясь под массивным телом старпома, вдыхая ароматы взволнованного человека, и ни как не мог высвободиться из-под объятий невыносимого афроамериканца.

Под огнём бомбомётов и гвоздящих морскую поверхность «Фаланкс», вода взбесилась сотней султанов и всплесков. Прежде чем всё закончилось, поверхность океана успела ещё пять раз взбрыкнуть мощными пенными колоссами — протыкаемые снарядами с ИК наведением с подкалиберной начинкой и с твердосплавными сердечниками, человекоторпеды взрывались или просто тонули, не дойдя до целей.

Впрочем, один эсминец все же подпустил близко подводный снаряд. Близким взрывом вмяло борт у кормы, обдав осколками и залив водой устоявший на взлётной площадке вертолёт. «Эссекс» пришлось развернуть обратно, идти в порт зализывать рану — вырвало клок из правого борта, сочащийся за кораблём маслянистым следом.

К проблемам военного вторжения на командование сухопутных сил навалились новые. Объединённый комитет и совет национальной безопасности возложил на войска наряду с выполнением боевых операций, ряд задач связанных с эвакуации гражданского населения, оказания медицинской помощи, очистки территории от радиоактивного заражения. Со всех штатов отзывались резервисты, сборные отряды полиции. Америку колыхало, словно при шторме и каждая волна вносила свои разрушения, встряхивая, повергая человеческий муравейник в панику и безумство. И не только — тут же дала о себе знать мерзость человеческой сущности.

Америка любит и умеет преподать себя как нечто большое и великое, но при общем блеске фасада, пристальное рассмотрение выявляет на её лице морщинки и слабость медленно дряхлеющих членов.

Ослабление полицейского контроля повлекло за собой увеличение случаев мелких и крупных краж, разбоя, грабежей, нередки стали случаи избиения китайцев, японцев и остальных представителей жёлтой расы, проживающей или имевших несчастье оказаться на территории Соединённых Штатов. Громились японские автосалоны в основном в южных, и что характерно в отдалённых от боевых действий штатах. Помимо того, что повыползал заведомо криминальный элемент, многие вполне законопослушные граждане стали срываться с катушек и доставлять немалые хлопоты урезанным силам полиции.

Нелюбовь к Америке породила у её оппонентов различные оскорбляющие американцев теории и предположения. Одно из них то, что американцы это нация, состоящая из сосланных в своё время уголовных элементов со всей Европы. В какой-то степени это и так, но давайте не забывать, что в Новый свет уезжали смелые и предприимчивые люди, не побоявшиеся преодолеть океан, начать новую жизнь на голом месте. Многие из переселенцев считали, что они смогут быстро урвать кусок и разбогатеть. И как можно после этого обвинять почтенную старушку, тащившую под шумок из супермаркета целую тележку всякой всячины во время заварушки, учинённой тремя чернокожими. Она урвала свой кусок! И пусть не ухмыляются господа англичане, французы и тем более итальянцы. Вся их дисциплина держится на жесточайшей строгости полиции. Немцы? А кто-нибудь видел, как ведут себя пьяные немцы без строгого немецкого полицейского ока, например на турецких курортах?

Но вернёмся к нашим баранам. Американское общество, как любое общество, вобравшее в себя столь большое количество разных рас, наций, концессий — факторов, не ведущих к объединению, было больнo. Один только вопрос угнетённых наций чего стоил. Споив, а порой и стерилизовав индейцев, белому человеку в североамериканских штатах не удалось подавить быстро плодящихся с африканской темпераментностью негров. А как мы знаем именно они первые кандидаты на учинение беспорядков. При всех криках пропагандистов о великом американском народе, сам образ жизни в капиталистическом обществе предполагает жестокую конкуренцию, желание обставить всех и быть успешней других. И сейчас общая беда не объединяла, а наоборот. Всё это привело к тому, что когда настал, скажем так, час испытаний, полезли наружу застарелые болячки. Американцам требовался лекарь, а то и патологоанатом.

Остерегаясь оголять морские границы, американскому командованию приходилось держать часть сил на прибрежных базах. Активность морских соединений противника на Тихом океане вызывала что-то на подобие фантомного или даже генного страха — уроки второй мировой сидели у американских генерал-адмиралов глубоко, наверно, где-то в костном мозге. Ни как не мог разродиться вопрос о переброске многочисленных контингентов из других частей света.

В Афганистане и Ираке войска несли такие потери, что солдаты отказывались покидать территорию баз. Так и сидели, обложившись средствами ПВО и тяжёлым дальнобойным вооружением, боясь носа высунуть за периметр. В Афганистане их даже погнали из мест, где они сотрудничали с местными кланами, выращивавших мак. Полетела прекрасно налаженная система разработанного ЦРУ плана наводнения Европы, постсоветского пространства и арабских стран наркотиками. Однако командование не отзывало свои войска в надежде восстановить наркопоток.

Покидать насиженные места в спокойной Европе Вашингтон тоже не хотел. Присосавшись как пиявка, особо спекулируя на тему «американский солдат спаситель и защитник старушки Европы», выдумывая, а порой провоцируя различные опасности и внешние угрозы, США держали здесь одну из самых больших группировок, насчитывающую более 300 тысяч человек, досаждая европейскому обывателю бузотёрной солдатнёй и воюще-грохочущей военной техникой. Находились ещё идиоты, которые сами стремились влезть в это ярмо. Но неблагоприятное развитие событий и нехватка дисциплинированных человеческих ресурсов вынуждали командование США отдать приказ о подготовке переброски пехотных частей. Американским стратегам, привыкшим разгуливать с оружием по всему свету, и в страшном сне не могло привидеться, что им придётся защищать собственный континент.

Разработанная операция контрдействий в Нью-Йорке и Нью-Джерси полетела к чёрту. Вся группа войск, действовавшая с западного направления, была либо потеряна, либо срочно выводилась из зоны радиоактивного поражения. Поэтому нанести одновременный удар с разных направлений не удалось. Двигавшиеся со стороны Стамфорда сводные отряды Национальной Гвардии и полиции завязли в уличных боях, встретив грамотный отпор укрывшихся в засадах и раскиданных по многоэтажкам огневых точек. Частично это было связано ещё с тем, что японские солдаты легко шли на смерть, чего не скажешь о американских.

Раскинувшиеся многокилометровые берега давали теперь и янки провести операции по высадке морского десанта, но флотские десантные силы понесли немалые потери и теперь перегруппировывались. Проливы, заливы и бухточки были наводнены судами противника. Авиация США в лучших своих традициях с недосягаемой для японской ПВО высоты планомерно выбивала их. Отряды «морских котиков», срочно переброшенные из Флориды высадились с тяжелых транспортных вертолетов в районе Нью-Йорка со стороны Атлантического океана, подобравшихся почти к самому мысу Рокавей. Показав приличную выучку они незамеченными просочились в бухту Джамейка, обезвредив большинство прибрежных мин и огневых гнёзд, но неожиданно нарвались на расставленные с азиатской хитростью, хоть по своему и примитивные, мины-ловушки. Теряя людей от открывшегося снайперского огня, «люди-лягушки» откатили назад, лишившись трети состава.

Радиоактивное облако быстро сносило ветром на северо-восток, поэтому выдвижение войск с континента в сторону Ньюарка, Джерси-Сити и дымящих развалин объединённой базы пришлось задержать.

Филадельфия стояла на ушах, паника гнала людей по забиваемым пробками дорогам на Котсвилл и Гаррисберг — на востоке и юге шли бои, а севера наплывала радиоактивная туча.

Запуганные японскими предупреждениями жители Большого яблока в основном отсиживались по домам в ожидании прихода помощи. Те, кто успел прорваться северней и восточней Паттерсона, в конце концов, пополнили озверевшие толпы наседающих на противорадиационные центры или, заехав дальше, доживали свои последние часы, а то и вовсе пылились обгоревшими, обугленными трупами.