Читать онлайн «Последний довод павших, или Лепестки жёлтой хризантемы на воде». Страница 61

Мрачные думы незаметно вернулись к более отдалённым воспоминаниям — болезненно запульсировали в голове последние минуты перед казнью.

— Смерть не так страшна, как ожидание смерти, но позорна смерть от руки палача, — пробормотал он в глубоком раздумье. Увидев вопросительный взгляд офицера штаба — полковника Тадаси Такаиси, генерал усмехнулся, — что ж, в этот мы не будем сдерживать головорезов Ивабути. Пусть эти западные варвары умоются кровью.

А пока по дорогам Америки пылили бронетранспортёры, забитые солдатами, с установленными на вертлюгах 7,7-мм и 13,2-мм пулеметами. Танки средние, лёгкие, танкетки 6-го, 7-го и 10-го танковых полков из состава 2-й и 3-й танковых дивизий. Техника тянула полевую артиллерию. Все оказавшиеся по пути города буквально были разграблены на предмет автобусов, грузовиков и прочей техники, но всё ровно все транспортные средства буквально были облеплены солдатами.

Генерал невольно нахмурился, вспоминая некоторые эпизоды из произошедших в городах. Кемпей-тай действовала жёстко, но профессионально. Но на то она и война, и жертв среди мирного населения не избежать.

„Если так разобраться, то на чём разбогатели и разжирели эти холёные морды. На крови, которая лилась, но только не в их родном Техасе, Кентукки или где они там высадились — Делавэре“.

Капитан Окияма из штурмовиков-диверсантов Гиретсу, командовавший передовым разведывательным отрядом, ехал в головном пикапе, внимательно разглядывая дорогу впереди в бинокль, когда по крыше машины забарабанили рукой. Дав знак остановиться, он выскочил наружу. Сзади притормозил автомобиль больше похожий на маленький автобус. Капрал, нёсший воздушную вахту в кузове пикапа, показал вверх — со стороны юго-запада приближался вертолёт.

Отдав команду приготовиться, капитан, сам накинув на плечи что-то гражданское, вышел вперёд автомобиля размахивая руками. Полицейский вертолёт завис над самым полотном дороги в нескольких метрах от машин, слегка покачиваясь и водя хвостом в неспокойной среде. Капитан повернулся к своим бойцам и прокричал команду. Работа винтокрылой машины заглушала все звуки, но солдаты поняли приказ без слов, откинув покрывала маскирующие пулемёты. Строенная очередь ударила одновременно и почти в упор. Убитый наповал пилот, в последний момент дёрнул ручку на себя. Вертолёт, задрав кабину, зацепившись хвостовым винтом за асфальт, с разворотом рухнул на дорожное покрытие, однако, устоял на лыжах, лишь слегка просунулся, замедляя движение.

Так и стоял, свистя турбиной, докручивая ротором свои последние обороты. Пилот повис в кресле на ремнях, а его напарник сполз вниз головой из открытой кабины на страховочном креплении.

Не став дожидаться, когда закончат вращаться лопасти, пригнувшись, капитан приблизился к геликоптеру. Ротация лопастей и вибрация машины создавала иллюзию, что экипаж ещё шевелится и капитан для верности проделал из пистолета по контрольной дырочке в безвольных головах. Выдернув притороченную к внутренней боковине кабины автоматическую винтовку, наспех отыскав запасной магазин, вернулся в пикап и приказал двигаться дальше.

Через каждые 15 минут он отправлял в эфир короткую кодовую фразу, информируя командование о ситуации по ходу движения армии.

Следующая стычка произошла через 20 минут. На этот раз это были машины полиции. Всё прошло так же быстро и без эксцессов, полиция едва успела достать оружие, как для них было уже всё кончено.

Окияма с сожалением осмотрев испорченные автомобили, махнул рукой, и отряд двинулся дальше.

Некоторые населённые пункты они проскакивали, не задерживаясь, лишь бегло оглядев и оценив на предмет организованного сопротивления.

Было ещё одно придорожное кафе, где произошла короткая стычка с полицией. Изрешетив патрульную машину, они не стали никого убивать из гражданских, просто толчками загнали их в подвал и заперли.

Прикрикнув на солдат, с любопытством перебирающих напитками и снедью в ярких упаковках, капитан торопил ехать дальше.

То, что беспечное продвижение закончилось, капитан понял, когда они подъехали к пригородам Честера. Осторожничая, японцы не спешили, поэтому им удалось, оставаясь не обнаруженными наблюдать суету полиции на дороге. Шоссе перекрывало шесть полицейских машин и большой грузовик, но не это озаботило капитана. Большущий кран выгружал бетонные блоки, перекрывая въезд в город.

— Пожалуй, танки и бронетранспортёры в объезд пройдут, но лёгкий транспорт бездорожье не преодолеет, — докладывал он через минуту по рации. Посмотрел на часы — вторжение уже идёт полным ходом, и соблюдать радиотишину не было смысла.

Ответ последовал почти незамедлительно:

„До подхода передовых сил надо, во что бы то ни стало помешать блокированию дороги!“.

Ещё раз, оценив позицию неприятеля, капитан приказал готовиться к прорыву.

Ранее в Боуэрсе, рассматривая выданные его отряду автомобили, капитан попытался как-то обезопасить экипажи хотя бы от стрелкового оружия. Пока механики возились, наскоро приваривая к кузову скорострельное вооружение, капитан со своими солдатами пробовал крепить мешки с песком. Получалось плохо — мешки сваливались, накручивать на них кучу верёвок не хотели из-за неудобства.

Смотря на их потуги, молодой матрос из инженерной бригады, не выдержал и предложил им прикрыть лобовое стекло кусками стали.

— И как мы будем их крепить? Двери — да, можно, но на лобовом демаскировать будет, — прищурив глаз, прикидывал капитан.

— А вы их только перед боем крепите, я вам здесь специально дыры сделаю и прорезь, что бы вперёд было видно. Прикажите, пожалуйста, открыть капот, господин капитан, я ещё кое-что предложить хочу, — спокойно, ежеминутно поправляя очки, гнул своё технарь.

— Вот, мотор, — указав, сказал матрос, — он защитит вас от пуль спереди. Но если пули пробьют хотя бы радиатор, долго вы не проедите. Вот сюда, между радиатором и решёткой, тоже можно засунуть лист стали, но лучше перед боем, иначе двигатель может перегреться на марше.

— У тебя какое образование, сынок? — Проникшись, спросил капитан Окияма

— Инженерно-техническое, неоконченное. В 1944 году пошёл добровольцем в армию. Убит… — матрос запнулся, потупил глаза.

— Ничего, парень, мы ещё повоюем, а ты молодец! Скажу твоему начальству, что бы тебя поощрили.

— Я уже получил главное поощрение, господин капитан, — махнув рукой, сказал матрос.

— Понимаю. Ты где родился?

— Моя семья родом из Нагасаки.

— Что ж, мы все в какой-то степени получили второй шанс.

Теперь, готовясь к бою, он вспоминал паренька. Стянув маскирующий тент с кузова пикапа, капрал и два рядовых обнажили крупнокалиберный пулемёт. Боец в микроавтобусе, высунувшись в люк, молотком проделал в крыше две дырки, поставив сверху пулемёт, засунул в них сошки. Получилось удобно и устойчиво.

Неизвестно откуда прошла информация, может кто-то из гражданских имел какое-нибудь хитрое средство связи, может полицейские перед гибелью успели что-то сообщить, возможно выбрались те, кого они заперли в подвале, а вероятней их всё-таки разглядели наблюдатели полиции, но стоило им только появиться — по ним открыли редкую стрельбу.

Две машины пёрли на полном ходу, ведя бешенный, но не очень прицельный огонь — не смотря на ровное шоссе, автомобили раскачивало и потряхивало, мешая точно прицелиться.

Ответную стрельбу открыли плотную, да только толку на дальней дистанции от пистолетов и дробовиков. А вот две М-16 армейского образца это уже опасно. Автомобиль стал напоминать гремящую консервную банку — пули громким, чавкающим звуком, пробивали тонкий металл кузова, застревая в листах стали. Разглядев в бинокль двух гражданских с длинноствольными винтовками, полковник удивился.

Он уже воевал с американцами и знал, что если бы не огневая и техническая поддержка, индивидуально вояки они не очень, хотя когда они их зажали на Гуадалканале в прошлую войну, за свою жизнь янки упёрлись. Но что делают на баррикаде эти чудаки в нелепых шляпах с большими полями. И почему молчит пулемёт в кузове? До капитана только сейчас дошло, что не слышит стрельбу над своей головой.

А пули продолжали щёлкать по капоту, пошло трещинами стекло, железяка впереди спасала (спасибо парню). Машина, вдруг дёрнулась.

— Колесо пробили, — держа, побелевшими руками руль, прокричал сержант.

Наконец замолотила скорострелка. Скорость пикапа упала из-за пробитого колеса, но он всё ровно нёсся к ограждению.

13,2-мм пули, выбивая крошку из бетона, прошивая двери и крылья полицейских автомобилей, ввергли в панику кордон. Кто ещё остался жив, улепётывал со всех ног, побросав оружие, врассыпную, некоторые пытались петлять. Не совсем удачно.

Крупнокалиберный пулемёт опять замолчал. Выскочив из машины, капитан хотел устроить разнос.