Читать онлайн «Постижение России; Опыт историософского анализа». Страница 44

Итак, исторической альфой и омегой эволюции локальной цивилизации оказывается феномен пассионарности. С ним, с его специфической пассионарной энергией, ее носителями - пассионарными личностями возникает локальная цивилизация, с их историческим прехождением гибнет и локальная цивилизация. Тем самым проблема возникновения, развития и смерти локальной цивилизации превращается не просто в проблему возникновения, развития и смерти ее субъекта - этноса, его пассинарной части, а именно в проблему становления, развития и гибели ее основы - феномена пассионарности. Логика пассионарности, ее энергетических флуктуаций и конечного исчерпания пассионарной энергии, превращается в основу логики возникновения, развития и исторического прехождения локальной цивилизации. Она неизбежно гибнет, поскольку исчерпывается пассионарная энергия, питавшая ее бытие. Историческая регенерация локальной цивилизации возможна только на базе регенерации пассионарной энергии. Она и только она есть конечная причина всего, что совершается с цивилизационным субъектом - этносом и на этой основе с самой локальной цивилизацией - и с ее рождением, и с ее развитием, и с ее смертью.

Бесспорным достоинством рассмотренной концепции является то, что в ней в один тугой исторический узел завязаны процессы этногенеза, социогенеза и культурогенеза. Именно их единство и взаимодействие порождает сам феномен локальной цивилизации и основные особенности его эволюции. В концепции этногенеза хорошо представлена и идея взаимосвязи субъекта локальной цивилизации, логики его исторического творчества с логикой бытия и развития локальной цивилизации. Не вызывает возражений и энергетическая интерпретация истории в той ее части, которая касается констатации в общем-то очевидного факта - все в человеке, все социокультурные формы его активности живут превращенной формой энергии самой природы. Даже высшие духовные помыслы человека реализуемы лишь только постольку, поскольку в их основании лежит природный энергетический потенциал - биофизический и биохимический. Ни один поступок нельзя совершить, не совершив его без привлечения сил природы, не опосредуя его энергию энергией самой природы.

В этом смысле добро не только существует, но и реализуемо, но реализуемо только как часть обменных процессов и веществом, и энергией, и информацией с окружающей человека природой. Человек есть универсальный агент во взаимодействии всего со всем. Как человек, он живет тем, что вступает в пределе в неисчерпаемые обменные процессы веществом, энергией и информацией с окружающей его природой. Он живет их преобразованием, тотальной антропологизацией, превращением вещества, энергии и информации из просто элементов природы в элемент человеческой культуры. И чем больше и глубже масштаб преобразования человеком природы, чем больше вещества, энергии и информации человек превращает в основание своего бытия, тем больше человек становится человеком, развивает в себе свою подлинно человеческую сущность.

Остановить этот процесс значило бы для человека остановить его бытие как человека, значит уничтожить в нем то, что делает его человеком. Все, что совершается в человеке и его истории, совершается на природном фундаменте, все живет превращенными формами самого природного бытия - его вещества, его энергии, его информации. Даже энергия мысли есть лишь отражение и превращение в энергию социо-культурного и духовного действия энергетических потоков самой природы, есть лишь раскрепощение тех энергетических потенциалов, которые скрыты в субстанциальной основе материи, тех сущностей, которые познаются человеческой мыслью. Она лишь придает им новую, социокультурную направленность, новые, социокультурные формы бытия. Не переставая быть мыслью, идеальным феноменом, она превращается еще и в материальную силу и не только в той мере, в какой овладевает помыслами массы людей, но и в той, в какой адекватно отражает сущность вещей, в какой использует их энергетический потенциал. В этих процессах исключения не составляет и пассионарность.

Как абсолютное воплощение человеческой страсти (passio - страсть), наиболее концентрированное выражение человеческой духовности, предельных форм социокультурной активности человека, его стремления к реализации в истории себя, своей истинной сущности, пассионарность - феномен с абсолютной концентрацией человеческой энергетики. Именно поэтому он не может не быть высшим воплощением энергетики самой природы. Феномен пассионарности подпитывается энергией самой природы, и чем больше абсорбирует и концентрирует ее в себе и на этой основе воплощает ее в социокультурные формы бытия, тем больше усиливает в себе свою пассионарную суть.

Правда, это не превращает пассионарность в природный феномен, в частности, в нечто, живущее по логике энергетических процессов самой природы, по логике энергообмена с природой. Но это не превращает ее и в несуществующую сущность. Феномен пассионарности - это объективный факт истории, действенный фактор не только этногенеза, но и культуро- и социогенеза - исторического процесса в целом. В этом смысле открытие феномена пассионарности - выдающаяся заслуга Л.Н. Гумилева. Поэтому не сам факт пассионарности вызывает сомнение, а его авторская интерпретация в той ее части, которая касается попыток свести логику пассионарности лишь к логике энергообмена человека с природой. Она есть, но не она определяет сущность пассионарности и логику ее бытия в истории.

Как доказывает опыт философского осмысления истории, все попытки проникнуть в основы истории, к пониманию внутренней логики ее развития с помощью методологии энергетизма в итоге оказываются малосодержательными, уводящими в сторону от ее действительных основ и действующих причин, от истинного понимания логики истории в ее действительной сущности. В лучшем случае такая методология позволяет понять саму себя, энергообмен в истории, но не саму историю, ибо одно дело энергетические потоки в истории, а другое дело сама история. Ее нет вне энергии и энергообмена, но она не есть непосредственно энергия и энергообмен, она есть нечто принципиально большее и иное, надстраивающееся над всеми энергетическими потоками бытия и истории - она есть история людей, их социальности, культуры, духовности, высших ценностей и смыслов бытия, достижения человеком полноты своего бытия, вечное стремление к принципиально недостижимому - полноте и адекватности развития и выражения своей сущности, в конце концов, просто к человеческому счастью. Интерпретировать все это, а это далеко не все, в терминах энергетизма, конечно же, можно, но что это дает для понимания всего ЭТОГО, самой истории?

Сказанное дает основание считать, что и сущность пассионарности, и логика ее бытия в истории определяется самой историей, имеют социо-культурную сущность, и опять-таки, не энергетическую, а духовно-смысловую. Человек становится пассионарием не потому, что оказывается способным, по сравнению с другими, к большей и лучшей абсорбции энергии из природы, но потому он и оказывается способным к большей и лучшей абсорбции энергии из природы, что он становится пассионарием - носителем таких идей, ценностей, символов Веры, такой адекватности в понимании сущностей вещей и их бытия, такой страсти и воли в осуществлении подлинных смыслов бытия, что для него само невозможное в бытии становится мало.

Пассионарий - это не просто носитель истинной мысли, чувств и воли, а их абсолютных форм - абсолютной мысли, чувств, воли. И его способность умирать за Идею - за абсолютное единство в истине абсолютной мысли, чувств и воли - это не от избытка пассионарной энергии, а от избытка пассионарных идей, чувств и воли, от полноты сознания социокультурных смыслов бытия, от стремления к их абсолютной полноте и к абсолютной полноте их воплощения в истории, а потому к абсолютной полноте проживания самого своего бытия.

В этом смысле пассионарность - это состояние души пассионария, высшее напряжение высших состояний души человека, не тела, а души, и если тела, то только в связи и на основе души. Пассионарий - это всегда такой человек, который для того, чтобы достичь какой-то определенной цели, стремится не только и не столько к самой этой цели, сколько к принципиально нечто большему и возвышенному, находящемуся далеко за пределами данной цели. В итоге всегда достигается, если не желаемое, то, бесспорно, реально возможное в истории. И главное, в итоге духовная позиция пассионария в истории обеспечивает значительно больший исторический прогресс, чем любой другой процесс в истории. Это еще раз в новой связи вскрывает особое место и особую роль духовных основ истории в основах человеческой души как для самой души, так и для самой истории, для того, чтобы она просто состоялась как история.

В связи с этим несколько иначе решается проблема исчезновения пассионариев и самой пассионарности в истории. Причины этого следует искать не в исчерпании пассионарной энергетики, а в самой истории, в той социальности, культуре, духовности, которые перестают быть источником пассинарных идей, чувств, воли. Исчезает не энергетика, исчезает та историческая реальность, которая порождала саму потребность в пассионарности и пассинариях, в самой пассионарной энергетике. Для реальности пассионариев необходимы пассионарные идеи, чувства, воля, а для их реальности - пассионарность самой исторической реальности. Великие, пассионарные идеи, чувства и волю порождает великая, пассионарная историческая реальность. Им неоткуда взяться, как только из истории, из ее величественных трагедий и свершений, из ее разрушающих и созидающих противоречий, из трещин мира, которые проходят по судьбам людей, по их мыслям, чувствам и воле и по самым святым целям, ценностям и смыслам их бытия. Если всего этого нет в истории, в самой онтологической ткани исторической реальности, то ее не будет ни в чувствах, ни в мыслях, ни в воле людей, не будет ни феномена пассинарности, ни самих пассионариев, ибо не будет самой потребности в них в самой исторической реальности.